Не остался в стороне даже карап. Он укорял нас за то, что де неразумными действиями и небрежением к его мудрым советам мы, подобно капитану «Копья Ксифии», навлечём на себя демонический гнев; он замысловато ругался, поминая почти весь пантеон древних Богов, но в итоге всё-таки предложил свою помощь. Я не знаю, о чём конкретно они с капитанами договорились, но колдун битый час ходил по верхней палубе, размахивал огромным посохом и, бормоча что-то себе под нос, расплёскивал по палубе и в окружающую воду снадобье из тёмного пузырька. В этот раз от его колдовства никто из экипажа не пострадал, да и на на борту тогда почти никого не было, а те, что ещё оставались, были настолько заняты, что не обращали внимания на эту клоунаду.
Уже давно миновал полдень, когда мы занялись переправкой на остров, доставкой на гору и монтажом по соседству с радиомаяком снятой с «зазубренного жала» термоядерной боеголовки, а также того самого фейерверка, о котором я уже упоминал. Перед этим нам с Муштаком-Харом пришлось на скорую руку переделать телеуправляемый взрыватель, так как некоторые его элементы остались на корпусе ракеты и будут использованы для подрыва изготовленной из этого корпуса мощной мины. На вершину нас сопровождали Кинчи с Нандой, а также вся команда Такетэна. Братья несли обёрнутую в одеяла и привязанную к длинной жерди боеголовку — её предстояло водрузить на скальном уступе недалеко от большого дерева, где мы ранее установили курсовой радиомаяк, и запитать от общего с радиомаяком источника. У нас с Муштаком были сумки и рюкзаки с электрооборудованием, а Такетэн и его матросы тащили инструмент и материалы, чтобы на месте соорудить для боеголовки надёжное крепление. Не скажу, что всё это легко далось. Нас поливал дождь, а ветер всё усиливался, камни были скользкими, и все мы работали из последних сил. Позже, пока мы аккуратно крепили и подключали боеголовку, команда Такетэна занималась установкой сигнальных ракет. Управились со всем этим мы часам к трём пополудни. Хотя я, конечно, волнуюсь за результат нашей работы, в глубине души я уверен в надёжности того, что мы там смонтировали. Клянусь бородой Ардуга: в нужный момент сработает и фейерверк, и боеголовка!
Обе наши автоматические пушки Ибильза ещё вчера зарядил зажигательными снарядами. Такие используются обычно в одной ленте с бронебойными и осколочно-фугасными и эффективны в первую очередь против дирижаблей, но против демонов «безликого воинства» сгодятся только зажигательные. И сами эти существа, и их боевые машины, как мы выяснили, не имеют серьёзного бронирования, да оно им ни к чему, поскольку сквозные ранения не приносят этим созданиям существенного вреда.
Всему нашему экипажу, даже старикам-помощникам моториста, и даже новоприбывшим морякам (уже не пленным — их никто не охранял и не удерживал) выдали оружие и боеприпасы. То оружие, что первоначально имелось у троих из экипажа «Прыжка Компры», пришло в полную негодность так же, как и их форма — все трое, можно сказать, попали к нам голыми. Видели бы вы реакцию офицера-саха, когда он понял, что мы собираемся выдать ему, как и всем, винтовку! Наверняка он отнёс это за счёт нашего отчаянного положения, но всё же удивление саха было велико, и радость, похожая скорее на злорадство, исказила и без того свирепые от природы черты его лица. Недосуг было выяснять, откуда, однако для офицера малаянского авианосца нашлась и пара огромных ножей с ножнами. Один он заткнул за пояс, а другой примотал ремнями к концу длинной палки — думаю, к какой-то детали от стеллажа. Я слышал, что сахи пользуются на войне подобным холодным оружием, а вовсе не мечом, так что эта самоделка наверняка добавила саху злобного ликования. Конечно винтовки и любые клинки бесполезны против кораблей и летательных аппаратов, но мы понимаем, что есть все шансы столкнуться лицом к лицу с самими демонами. Я наскоро почистил и выправил лезвие своего старого меча, собираясь предложить саху любой из двух мечей на выбор, но коль скоро тот изготовил более подходящее для себя оружие, в итоге я одолжил свой меч Кинчи-Киру. Кинчи как-то упоминал, что неплохо владеет длинномерными клинками. Я не стал расспрашивать подробности — надеюсь, он имел тогда в виду не деревенские косу или серп. Во всяком случае, парень очень обрадовался, когда я вручил ему меч, и я не сомневаюсь, что даже без каких-либо навыков фехтования меч этот окажется в его руках грозным оружием, обращающим демонов в лужи маслянистой слизи.