С началом войны Южный Альянс располагал почти вдвое большими воздушным и военно-морским флотами, имел сотни военных баз, и вообще, его объединённая армия подавляла нашу по всем параметрам. Они думали что, неожиданно напав и уничтожив немногочисленные базы, расположенные лишь по периметру наших границ, а также основные командные центры, они поставят Тилвар на колени. Теократия Хетхов не могла помочь Тилвару военной силой: у духовной империи никогда не было полноценной армии, и даже крупных боевых кораблей у хетхов нет — в последние несколько десятилетий именно наш флот патрулировал их морские торговые пути. Но враг в итоге просчитался: хетхи оказали нам огромную и неоценимую материальную и моральную поддержку. Мы словно ощутили за спиной надёжную опору, а наша экономика освободилась от необходимости кормить и одевать собственные население и армию — всё это взяли на себя наши братья. Флот Альянса пытался блокировать морские коммуникации хетхов, в результате чего от ставшей небезопасной морской торговли отказались почти все страны, и в итоге сами члены Альянса жестоко пострадали от перебоев с поставками важных грузов. Операции на континенте тоже не привели Альянс к значимым успехам. Их расчёт был на то, что у хетхов военные соединения хотя и состоят из профессиональных воинов, бесстрашных и отлично подготовленных, они немногочисленны, легко вооружены и охраняют только ключевые участки границы. Но Центрально-Асийское нагорье трудно проходимо для больших армейских частей, а дух населяющего этот край народа славится необычайной стойкостью, поэтому малаянцы не посмели предпринять масштабную военную интервенцию в земли Теократии. Поначалу вооружённые силы Альянса пытались нанести непоправимый ущерб промышленности хетхов, устраивая глубокие рейды и нанося ракетные удары по их заводам и складам. Однако население духовной империи живёт в деревнях и городках, разбросанных по краям узких и протяжённых горных долин, поэтому производства там относительно небольшие, а сами фабрики и склады, и даже железные дороги часто заглублены в камень. Даже столица империи — Наталия — вытянулась на десятки миль по извилистому каньону. Да и противовоздушная система теократии оказалась на удивление эффективной… В общем, военные стратеги Южного Альянса быстро осознали, что нет более неблагодарного и бесполезного занятия, чем атаковать расположенную в центре материка бескрайнюю горную страну, населённую людьми, у которых благородство в крови и для которых смерть это лишь врата в вожделенную благую обитель. Мы, конечно, защищали своих братьев, как только могли — поставляли им зенитное оружие и боеприпасы, наша авиация прикрывала их города, а наш флот, хотя и не сумел обезопасить морскую торговлю хетхов, постоянно дежурил у их восточных портов, не позволяя силам Альянса эти порты захватить или уничтожить. Враг поначалу яростно атаковал именно Тилвар: помимо сугубо военных объектов это были производственные центры, электростанции, транспортные узлы. Доставалось и мирному населению. Только самоотверженность и подвиги наших воинов предотвратили полное разорение страны. Перелом произошёл довольно скоро — когда в проливе Аранк нашей авиации удалось накрыть главные силы флота противника. Примерно тогда же мы смогли уничтожить несколько малаянских заводов, производивших термоядерные и химические боеголовки и компоненты к ним, а также основной исследовательский комплекс, разрабатывавший всю эту технику. После этого яростный напор врага ослаб, и вскоре мы отбили свои южные провинции, отбросив войска Альянса на юг за 30-ю параллель. Стратеги из Малайны переключились на наши богатые ресурсами колонии на Пасифиде — просто им ничего другого не оставалось. И здесь они терпят неудачу: за два с лишним года им не удалось захватить на южном материке ни клочка земли. Однако война продолжалась и продолжается поныне: ни одна из сторон так и не добилась устойчивого стратегического превосходства.
