Лишь потеряв свою землю, мы узрели истину: сила или слабость Безликого Воинства не суть, и инвазия Шал-Гур не причина, они - лишь знамение последних времён. Истина в том, что мы тогда сами разрушили свой мир. Не возмутили недвижный его покой, но разломали исправно работавший механизм, как любопытный ребёнок ломает попавшую ему в руки музыкальную шкатулку. Мы думали, что сбрасываем старые оковы, а бросили надёжные духовные опоры. Мы мнили себе, что воспарим, а низверглись на острые скалы...
Не станем же более предаваться рассуждениям, и так довольно слышали мы их сегодня и ещё услышим, а огласим напоследок нашей речи одну древнейшую легенду. Она известна нам как Легенда о Птичьем Алтаре и никому не ведомо, когда и в каком из миров её впервые рассказали, но легенда та верно дополняет сказанное нами и указывает на духовный изъян, что привёл нас к этим бедам:
Стоял на берегу моря большой алтарь из красного гранита, и были высечены на нём имена богов и героев, и приходили рыбаки из близлежащих селений к алтарю, чтобы принести дары в виде свежей рыбы, и поклониться мудрости и заботе богов, и вспомнить и почтить честью своих героев. Тот алтарь облюбовали и крикливые морские птицы, что воровали рыбу - они садились передохнуть и поклевать на его удобных гранитных выступах. Минули столетия, и позабыли люди дорогу к алтарю, а птицам он был удобен и многие поколения их засидели алтарь, и покрылся весь он белыми испражнениями, а подножие его усеяли белые перья и выбеленные птичьи кости так, что ничто уже не напоминало о красном граните.
И тогда рассудили птицы между собой: "Этот белый алтарь - это наш алтарь, он весь составлен из трудов наших, и в подножие его - кости предков наших, и мы и есть те герои, чьи имена тут высечены, и боги эти - наши боги! Рыбаки испокон века работали на нас и приходили к нашим алтарям, чтобы поклониться нам". И разнесли крикливые птицы весь об этом по всему побережью. Некоторые люди сказали: "Наши предки приходили сюда и чтили тех, чьи имена высечены на птичьем алтаре - из уважения к предкам будем же и мы чтить этих птиц и их богов" - и стали вновь ходить к алтарю и кланяться богам и героям, и тем птицам. Другие же сказали: "Это не наши боги и герои, а птичьи, и пусть у нас нет своих богов, мы не станем поклоняться птичьим костям" - и прокляли тех богов и героев, и стали жить как звери.
