Её активные действия вызвали неудовольствие у постоянных обитателей дома. От потолка отделилась раздражённо звенящая масса потревоженных насекомых и стала быстро распространяться по комнате.
— Ужас! Сколько тут комаров!! — воскликнула Ева. – Я, если честно, их терпеть не могу!
Она закрыла лицо руками, содрогнувшись всем телом.
— Ну, эт да. Издержки. Хотя, имеется одно средство. Могу научить.
— Какое? — В глазах Евы мелькнул слабый лучик надежды. — Крем?
— Крем ерунда. Лучше.
— Фумигатор?
— Не. Ещё надежнее.
— Что тогда?
Заинтересованность подруги возрастала с каждой новой секундой и Стеша, выдержав необходимую паузу, сообщила:
— Заклинание.
— Чего-о-о? —поморщилась Ева, — ты серьёзно? Какое ещё заклинание?
— Древнее. Сама много раз им пользовалась. Готова подтвердить на сто процентов работает.
На лице Стефф при этом не дрогнул ни один мускул. Она понизила голос до шёпота, словно сила заклинания зависела от уровня шума в комнате.
— Что за чушь?
Несмотря на сквозящее в голосе недоверие, было заметно, что любопытство Евы никуда не исчезло.
— Не чушь. К тому же оно очень простое.
— Ну, давай уже. Не тяни. — Не выдержала гостья.
Стефания сходила в соседнюю комнату, взяла с кровати подушку и протянула подруге.
— Держи. Без неё заклинание утрачивает свою силу. Повторяй за мной и запоминай. Но только как для тебя. — Она снова выдержала короткую паузу. — Порядок действий такой. Раздеваешься, ложишься в кровать, прячешь голову под эту подушку, и, тихонечко, чтобы никто не слышал, приговариваешь: "Я не мясо, я не кровь. Я обычная морковь!"
Во время финальной фразы Стеша на всякий случай отошла от Евы на пару шагов. Дождалась, пока та сообразила, что её развели, и бросилась наутёк.
— Вот, гадина! — Ева запустила в подругу той самой подушкой, что держала в руках, — а я, дура почти повелась! Ну, сейчас!
Она мгновенно устремилась вдогонку. Увлеченные бегом, девчонки миновали обе комнаты, коридор, лестницу и очутились под крышей дома на большом чердаке. Вбежали и застыли как вкопанные.
В просторной «стропильне» было тепло и необычайно уютно. Пахло нагретым за день деревом, травами, полевыми цветами и, почему-то, мёдом. Под потолком, изготовленные особым образом, висели ловушки для мух (пустые пластиковые бутылки из-под пива). Как оказалось, умопомрачительный аромат разбавленного хмельным напитком, зрелого мёда, исходил прямо из их узких горлышек.
Круглое окно под высоким коньком заливало помещение мягкими закатными красками. Сквозь стекло, спешащие за горизонт лучи уходящего солнца, обагрили стропила крыши беспорядочными мазками. Небрежно. Будто нерадивый художник почистил об их струганную поверхность свои рабочие кисти. Совершенно не заботясь о целостности "полотна", он явно спешил. Хаотично касаясь, расписал дерево всего-то в размытые контуры. Но вышло на редкость красиво.
Вдобавок раскачивающиеся снаружи деревья оживили «холст» игрой света и тени. Картина двигалась, ежесекундно меняясь, отчего воспринималась по-особенному живой. И, очарованные удивительным зрелищем, девчонки рухнули в старые кресла. Пораженные прелестью этого места, они позволили себе наконец-то расслабиться.
— А я что говорила? Ляпота… — торжествующе выдала Стефф.
Она с авторитетным видом указала пальцами куда-то за горизонт.
— И это ты ещё озера толком не видела. Оно рядом совсем. Вон там, за ближайшими соснами. Как-нибудь прогуляемся на рассвете.
— Сте-е-ешь...
— Чего?
— Спасибо тебе.
- За что?
- За всё. Не знаю, что бы я без тебя со всем этим делала. — Ева пожала плечами.
— Да брось. О своей благодарности ты уже говорила.
— Нет, правда. Я тобой восхищаюсь. Ты такая смелая. Сильная и уверенная. Я бы так не смогла.— Она на секунду запнулась. — И я... не останусь в долгу... поверь, я очень тебе благодарна.
Стефания в ответ лишь снисходительно усмехнулась.
— Угу. Потом разберёмся. Только я такой была не всегда. Хлебнула в своё время, так что не позавидуешь. И поняла тогда для себя одну истину. Все мы сами решаем, кем быть. Позволяем, либо нет, другим собой управлять. Плывём по течению, или гребем к своей цели, выбиваясь из сил. Ключи к нашим жизням вот здесь. — Она постучала мизинцем по голове. — Всё просто милая. Как и в моих любимых стихах.
Едва Стеша закончила, глаза Евы удивлённо расширились.
— Тебе нравится Злата?
— Очень. Её творчество вообще во многом на меня повлияло.
Стеша на мгновенье задумалась, словно вспоминая слова, а затем процитировала:
— начала она.
— закончила Ева.
— Ты тоже это читала?
— Ага.
— Классно написано! Жизненно.