— Думаю, ты не нарушишь закон, если сделаешь ноги за границу, — посоветовала Клиза; впрочем, в ее голосе проскальзывала неуверенность. — В отношении тебя пока не возбуждено уголовное дело, не ведется преследование. Ты свободен, как любой другой гражданин. И этим надо воспользоваться.
— Предлагаешь покинуть страну?
— Нет. Но я смогу сделать для тебя гораздо больше, если ты окажешься в Приморье.
Остановившись на Пястовском мосту, я вглядывался в его стальные дуги. По ним так часто лазили, что городские власти разместили комичное предостережение о том, что движение вверх запрещено.
Я стоял по правой стороне моста, опершись на перила, и смотрел в направлении двух отелей на Пасеке — небольшой насыпи, омываемой водами Одры и Млыновки. Ложа Шидерцев располагалась на другой стороне.
— Я никуда не выезжал, — сообщил я Йоле.
— Довольно умно, беря во внимание…
— Не собираюсь я делать умные вещи, — пробурчал я себе под нос. — Будь иначе, давно явился бы в полицию.
— Нерациональное рассуждение, Верн.
— Верн?
— Так удобнее.
— Или Дамиан, или Вернер. Не нужно превращать меня в Верна!
Я переместил взгляд на пешеходные дорожки, ведущие от амфитеатра, и позавидовал беззаботно гуляющим по ним людям. Они не ощущали тяжести прошлого, которую носил за спиной я, не находились в безнадежной ситуации и не имели перед собой такого неясного, тревожного будущего.
Я прикидывал: «Зависит ли еще что-нибудь от меня?» Без оглядки на тех, кто за всем этим стоял, я был готов на все. Как бы в подтверждение этого опустил веки. Перед глазами снова возник образ окровавленного тела Блица.
— Может, мне все-таки надо что-то сделать? — спросил я.
— Например, что?
— Явиться в полицию…
— Ни в коем случае! Это отнюдь не разумное намерение. А в данной ситуации — тем более.
— Но почему? — возразил я, поворачиваясь и опираясь спиной на перила. — Может, мы впадаем в паранойю, а службы не имеют к произошедшему никакого отношения?
— Хочешь проверить это на собственной шкуре?
— Почему бы и нет? — отпарировал я с растущей уверенностью, но только в голосе. — Может, под стражей я буду в большей безопасности? Там ведь есть камеры наблюдения и…
— И не такие трагедии случались, Верн.
— Вернер, — поправил я.
— Речь идет лишь о необходимости соблюдать осторожность. А пока никто тебя не преследует, ты имеешь право свободно передвигаться.
— Имею право только теоретически, — понурил я голову. — Убежал с места преступления, хотя первое, что мне нужно было сделать, — явиться в полицейскую комендатуру…
— Ты был в шоке.
— Который позже прошел. И если дело дойдет до суда, мой выезд из города сыграет против меня.
— Ничего.
Я фыркнул. Самоуверенность этой девушки не соответствовала никакой логике. Но, может, не стоит удивляться? Детективные агентства редко конфликтуют с полицией.
— Коль уж мы заговорили о шоке… Ты избавился от телефона? — поинтересовалась Клиза.
— Нет.
— Зачем вообще ты забрал его из квартиры Блицкого?
— Не знаю…
Йола несколько секунд молчала, но я прекрасно знал, что она хочет мне сказать. Я был обязан выбросить единственную оставшуюся от друга вещь. Иначе, раньше или позже, аппарат Блица станет для меня отягчающим обстоятельством.
Я тяжело вздохнул и, оглядевшись — не заметил ли кто? — бросил телефон в Одру. Тот сразу же исчез в мутной воде.
— Знаю, что не хочешь этого делать, но должен…
— Уже сделал, — прервал я ее.
— Хорошо.
Клиза снова умолкла. Я понимал, что ей неудобно молчать в ситуации, когда тишина была самым говорящим подтверждением множества моих проблем. Видимо, она лихорадочно обдумывала, как выйти из этой ситуации. Наконец выбрала, что могла, из худшего.
— Ты никому сейчас не должен доверять.
— Спасибочки, — отреагировал я. — Именно что-то в этом роде я и хотел услышать.
Она вздохнула, а я пошел вперед.
— Если ты не намерен приехать сюда, то хотя бы находись вне зоны действия радара.
— Как?
— Мы во всем тебе поможем, — заверила Йола. — Сейчас сними комнату в каком-нибудь мотеле в предместье города. Имеются у вас такие?
— У меня сейчас нечем оплатить даже самую заброшенную подворотню, — жалобно сообщил я.
— Пусть тебя это не заботит.
— А кто за это заплатит? Вы? Внезапно переквалифицируетесь в кредитную фирму?
Я понимал, что должен наконец сменить тон и отбросить подозрительность. Безусловно, у меня был повод никому не доверять, но для людей, на которых полагался Блиц, мне нужно было сделать исключение.
— Твоим делом заинтересовалась сама Кассандра, — сообщила Йола, словно это могло что-либо мне пояснить.
— Кто это?
— Руководительница нашего агентства.
— Я думал, что ваш хозяин — Роберт Рейманн.
— Это так, но он давно уже перестал интересоваться делами агентства. Сейчас все зависит от его жены, а я постаралась, чтобы она была захвачена твоим делом не меньше, чем ты сам. Она уже увлечена им, а по мере поступления информации и продвижения еще более увлечется.
— Ну, думается, не настолько, чтобы оплачивать мой ночлег.
— Спокойно. У этих людей нет нужды пересчитывать каждый грош.
Или она пыталась внушить мне, что намерена деликатно надуть их, или же просто меня удивляли такие вещи со стороны других.
