Это была чистая правда. Версий было достаточно много — часть надуманных мной, часть возникла стараниями журналистов и анонимных авторов, комментирующих надписи на местных порталах с ежегодными напоминаниями о том, что Ева так и не нашлась. Тексты появлялись всегда со снимками и предположениями, что наиболее вероятной версией исчезновения девушки является ее падение в реку. Тело, однако, так и не было найдено, подчеркивали авторы публикаций.
Несколько раз случалось, что кто-то хотел слепить сенсацию. Однажды я даже натолкнулся на заголовок «Новые факты в деле. Дамиан Вернер допрошен».
Естественно, в ходе следствия я был допрошен в качестве свидетеля. Один из следователей хотел удостовериться, что дело законно прекращено из-за отсутствия доказательств. Именно этот факт и был использован для появления упомянутого заголовка. Обычная журналистская «утка» — в отличие от того, что я сейчас видел перед собой…
— Кто ее ищет? — спросил я.
— Тот, кто поместил снимок, — Фил Брэдди.
Я снова глянул на миниатюрное фото и текст.
— Американец?
— Британец, — ответил Блицер. — Вероятно, приперся на концерт из Лондона, а тут ему понравилась случайно встреченная девушка… Пишет, что перекинулись несколькими фразами, посмеялись, а потом он на минутку отошел к знакомым. Когда вернулся, ее уже не было. Теперь старается найти…
Сначала я подумал, что должен ему написать — узнать, что говорила Ева. Будто это имело какое-то значение…
— Перед выходом из дома я послал ему сообщение, — добавил Блиц.
Я благодарно кивнул. Сидевший неподалеку клиент со значением кашлянул, но я его проигнорировал. Спросил:
— Кто-нибудь ответил?
— Несколько человек. Что ни говори, но снимок заметный.
Блицкриг был прав. Легко размытый фон, крупный план и фокус на улыбающейся красивой девушке… Фотография не могла не привлечь внимание тех, кто просматривал профиль.
— Хоть кто-то написал что-нибудь конкретное? — неуверенно поинтересовался я.
— Нет. Одни лишь пошлые комментарии, которые я и читать не хочу.
Не хотелось бы, но я наверняка прочту, вернувшись домой. Сначала, однако, мне нужно посетить другое место. Насмотрелся я с избытком фильмов и сериалов, чтобы не знать: основная ошибка в такой ситуации — отказ от информирования следственных органов.
Поблагодарив Блица, я отправился в подсобное помещение и позвонил шефу, что мне неможется. Одним из плюсов работы в гастрономии было то, что хозяева заведения относились к подобной информации серьезно. Особенно те, кто хотел, чтобы клиенты когда-нибудь еще к ним возвращались.
Сменщица появилась достаточно быстро — так, что еще успела подать мужчине «попадам»[3] и признать, что снимок Евы четкий, до мельчайших подробностей.
Когда я появился в полицейской комендатуре на улице Повольного, то уже мог описать фотографию принявшему меня подкомиссару[4] Прокоцкому по памяти. Но не стал. Мы вышли на нужный профиль, и я показал ему снимок. Морща лоб, сотрудник полиции долго вглядывался в него.
Он вел это дело десять лет назад. Я надеялся уловить в его глазах блеск, окончательно убеждающий меня в том, что на снимке действительно Ева. Но Прокоцкий повел себя так, словно увидел изображение совершенно не известной ему особы.
— Ну естественно, — наконец изрек он.
— Что естественно?
— То, что вы ищете в других женщинах образ исчезнувшей невесты.
Я открыл было рот, но не сумел ничего произнести. Категоричность в его голосе просто сбила меня с толку.
Прокоцкий оторвал взгляд от монитора, глубоко вздохнул и с сочувствием посмотрел на меня.
— Вы ведь с тех пор ни с кем не связывались? Так?
— Нет, не связывался. Но какое это имеет отношение к делу?
— Вам ее по-прежнему не хватает. Это естественно, что…
— Вы шутите?
— Такое случается…
Я указал пальцем на монитор.
— Вы видите то же, что и я?
— Вижу девушку, похожую на Еву. И это всё, пан Вернер.
Переступив с ноги на ногу, я в отчаянии повел взглядом вокруг, словно надеясь на появление кого-нибудь, кто мне поможет.
— Но ведь это она! Черт возьми, неужели вы не видите?!
Подкомиссар, снова вздохнув, мягко произнес:
— Увы, не могу с вами согласиться. Есть некоторая схожесть, но…
— Я точно знаю, как выглядит моя невеста!
Полицейский неспешно поднялся, как будто опасаясь повредиться. Потом успокаивающе положил мне руку на плечо и начал пояснять, что я ведь видел девушку много лет назад, а теперь меня обманывает мое собственное воображение. Он внушал мне это несколько минут, но с каждой очередной фразой я слушал все с меньшим вниманием…
Его чрезмерная уверенность, решительность в голосе и нежелание признать, что это в принципе могла быть она, действовали на меня раздражающе.
— Конечно, мы проверим, — уверил меня подкомиссар, провожая к выходу. — Даже не сомневайтесь!
В общем-то, сомнений и не было. В смысле, я не сомневался в том, что здесь что-то нечисто…
Я надеялся, что возвращение домой принесет мне хоть какое-то облегчение. Так происходило ежедневно, когда, вернувшись, я закрывал за собой дверь на три надежных замка.
