Выскочив из своей спальни, он взглянул на меня полными беспокойства глазами.
– В чем дело?
– Мэгги. Она в своей спальне. Я не знаю, что происходит. Она просто…
Он не стал ждать продолжения и стрелой понесся вверх по лестнице – туда, где у его дочери случился нервный срыв. Несколько секунд спустя подоспела и миссис Райли.
– Мэг, – сказал мистер Райли, медленно и осторожно приближаясь к ней. – С тобой все хорошо, – убеждал он ее. И чем ближе подходил отец, тем сильнее Мэгги напрягалась, но он, не останавливаясь, двигался в ее сторону. Подняв вверх ладони, он показал, что не причинит ей боли. Подойдя вплотную, он обнял ее и прижал к своей груди. Она вцепилась в его футболку, притягивая ближе к себе и не переставая всхлипывать.
Что же с тобой случилось?
В голове заметались разные мысли, когда я увидел, как Мэгги буквально распадалась на части в объятиях своего отца. Внутренности скрутило узлом. Я ненавидел себя за то, что не смог уберечь ее от этого. Почему я не мог это предотвратить? Почему не мог забрать ее боль себе?
Отец понес ее вниз, и я последовал за ним.
Входная дверь открылась, и вошли Келвин и Стейси – смеющиеся и обнимающиеся. Заметив царящее в доме смятение, они резко перестали смеяться.
– Что происходит? – спросил Келвин.
Мистер Райли не ответил. Он просто понес Мэгги в свою спальню. По пятам за ним следовала миссис Райли.
Я не мог сдвинуться с места. Не мог унять свою дрожь. Келвин подошел и положил руку мне на плечо. В его прищуренных глазах читалось непонимание.
– Брукс? Что стряслось?
– Не знаю, – сказал я. В горле пересохло, а в груди все горело огнем. – Она проснулась и… жутко испугалась. Я не знал, что делать. Не мог остановить это. Не мог удержать ее от… – из глаз потекли слезы, и я закрыл лицо ладонями, не в силах говорить дальше. А Келвин и не настаивал. Он и Стейси просто подошли ко мне и, обхватив руками, просто держали в своих объятиях. Я ненавидел чувство успокоения, которое они давали мне, ведь Мэгги нуждалась в этом сильнее. Ей нужен был кто-то, способный проникнуть в ее воспоминания и заставить исчезнуть из них тот черный омут, в котором она каждый день тонула.
Я сидел на лестнице, ожидая, когда родители Мэгги выйдут из своей комнаты. Шерил, Келвин и Стейси были рядом. Никто из нас не проронил ни слова. Я продолжал прокручивать плейлист на своем iPod в поисках какой-нибудь музыки, от которой Мэгги могло бы стать лучше. Музыка всегда заставляла ее улыбаться.
Дверь спальни открылась, и мы все вскочили на ноги.
– Она снова уснула, – сказал мистер Райли.
– Можно мне увидеть ее? – спросил я, протягивая ему свой iPod. – Просто, думаю, музыка сможет ей помочь. Всегда помогала.
Он приоткрыл рот, чтобы ответить, но тут вмешалась миссис Райли.
– Я считаю, всем пора расходиться, – она пригладила руками волосы, и мистер Райли закрыл рот.
Я попытался возразить, но миссис Райли устало посмотрела на меня, и я кивнул.
– Хорошо, но не могли бы вы, мистер Райли, передать Мэгги это. Просто на всякий случай. Вдруг ей поможет? Сейчас он мне все равно не нужен, – я передал ему свой iPod, и он натянуто мне улыбнулся.
Все направились по своим комнатам, и я вынужден был уйти с этим ненавистным ощущением на душе. Меня угнетало то, что я не знал, как она там. Как я мог уйти, не убедившись, что с ней все в порядке?
– Брукс, можно тебя на секунду? Есть разговор, – спросила миссис Райли, когда я уже был у входной двери. Она скрестила руки на груди и посмотрела на меня тяжелым взглядом.
– Да, а в чем дело?
Она оглядела комнату, убеждаясь, что все ушли, и подошла ближе.
– Я хочу, чтобы ты знал… Мэгги больна. Внешне это, может, и не заметно, но ее рассудок… – она нахмурилась. – Что бы там ни случилось с ней много лет назад, это сильно на нее повлияло. Даже в те дни, когда складывается впечатление, что с Мэгги все в порядке, большая часть происходящего с ней просто скрыта от посторонних глаз. Я знаю, она тебе нравится, но заводить с ней серьезные отношения… не думаю, что это умно. С ней не все в порядке.
Я бы солгал, если бы сказал, что ее слова не застали меня врасплох. Она говорила о своей дочери так, словно та была уродом, изгоем. Да, у Мэг бывали не самые хорошие дни, но у кого их не бывает? Оглянувшись, я увидел Мэгги – она подслушивала, выглядывая из двери спальни. Я улыбнулся ей, но она нахмурилась. До этого момента я и не подозревал, что с нахмуренными бровями она еще красивее, чем с улыбкой на лице.
– Не все, что сломано, нужно чинить. Иногда достаточно просто любить. Стыдно полагать, что только здоровые люди заслуживают любви.
– Брукс, – она вздохнула так, словно я нес какую-то околесицу. – Ты молод, у тебя вся жизнь впереди. Я не могу не думать о том, как ты изо всех сил стараешься, чтобы Мэгги чувствовала себя полноценной. На следующей неделе ты уедешь в Лос-Анджелес начинать свою музыкальную карьеру. У тебя появятся новые впечатления…
– У нас с Мэгги каждый день – это новые впечатления.
– Да, но перед тобой будут открываться новые возможности – большие возможности.
– Как и для нее.
Миссис Райли вздохнула и потерла виски.
