Жизнь Элисон Бэроонс казалось идеальной. Прославившееся известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Элисон живёт в одном из самых привлекательных и дорогих районов Франции, в роскошном особняке с большими панорамными окнами, выходящие в сад. Однажды поздней ночью когда муж Элисон возвращается домой с очередной съемки, Элисон шесть раз стреляет ему в лоб. И с тех пор женщина не произносит ни слова.Отказ Элисон говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна в совершенном убийстве делает художницу ещё более знаменитой. И в то же время как она сама находится на принудительном врачебном лечении, цена её последней работы — автопортрета с единственной надписью по-английски «Жизнь» — стремительно быстро растёт.Хиос Фаерберги — криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Элисон, заставить её снова заговорить.
Элисон Роузли было тридцать четыре года, когда в тот пасмурный день она убила своего мужа.
Элисон Роузли провела в браке восемь лет. Они оба связывали свою жизнь посвящая друг друга в искусство — Элисон сама писала картины, а Френд был профессиональным фотографом в сфере модельного агентства. В своём неподражаемом стиле он запечатлевал обнажённых девушек с худощавым телосложением в самых странных и невыгодных ракурсах. После смерти Гренада цена на его работы подскочила до неописуемых сумм.
Честно говоря, я назвал бы эти снимки бессмысленными я не видел в них никакого иного смысла, что могло бы порадовать мой глаз — алмаз. Конечно никакого сравнения с прекрасными лучшими работами Элисон — в них чувствовалась совершенно другая атмосфера. Я, конечно, не эксперт в современной живописи, чтобы произнести слово выдержат ли её испытания временем. Жуткий хладнокровный поступок Элисон всегда будет настойчиво бросать мрачную тень на её дар умение создавать прекрасную живопись поэтому в данном случае это будет трудно объяснить простыми словами. Кроме того, вы можете обвинить меня в совершенном преступлении. Это моё личное мнение, и только я имею право на то, чтобы высказать его. Я считаю Элисон просто способной художницей. Помимо безупречного творения к её искусству её картины обладают совершенно сказочной способностью сразу захватывать всё внимание зрителей — прямо-таки брать сразу за живое! Всё происходит словно как в американском кино.
Гренада Бэрронса убили пять лет назад. Ему было сорок три года. Это произошло двадцать седьмого июля в жаркий солнечный день. То лето выдалось удивительно жарким — возможно, вы помните, столбик термометра порой достигавший рекордно высоких отметок. А день убийства Брэнда Бэрронса оказался самым жарким за весь год.
В тот роковой день Бренд проснулся очень рано утром. В двадцать минут второго к их с Элисон дому на юго-востоке Франции в районе Хэмчтеп — Пид подъехала красная машина, которая повезла Бренда на съёмку в Бартович. Бренд провел целый день на крыше здания, фотографируя моделей для журнала «Voice».
О том, что чем занималась его супруга, известно ему было немного. У Элисон в скором времени должна была состояться выставка, художественных картин и она не успевала закончить одну из начатых картин к открытию. Наиболее вероятно, что в тот день Элисон работала в расположенном в самой глубине сада летнего домика, который совсем недавно Элисон переделала его под свою мастерскую. Съёмки надолго затянулись, и водитель привёз Бренда домой около поздней полуночи.
Примерно через час спустя живущая по соседству Брэнни Холми услышала сразу несколько громких выстрелов. Она поднялась с дивана и подошла к телефону набрала номер полиции, и в 23:45 туда с участка Харгвест — Хэлл был направлен дежурный наряд. Через две минуты полицейские приехали на место вызова.
Входная дверь в дом была распахнута настежь, внутри зияла кромешная темнота непроглядная для человеческих глаз. Выключатели не работали и никак вообще не реагировали. Офицеры в формах вошли в главный холл, а затем проследовали в гостиную. Они воспользовались карманными маленькими фонариками, освещая комнату прыгающими лучами. Офицеры наткнулись на Элисон, стоявшую у камина. На ней было надето бежевое платье светившееся, в темноте словно это не девушка, а привидение. Даже казалось, её совершенно никак не заботило присутствие полицейских. Молодая женщина стояла неподвижно облокотившись обеими руками на камин застыв, как вырезанная из нескольких кусочков льда статуя, со странным выражением лица испуга на лице, будто она столкнулась с невидимым ночным ужасом.
На белом пушистом расстеленном ковре валялась винтовка. Чуть дальше в неоднородных тенях гостиной полицейские обнаружили неподвижно сидевшего на стуле Брэнда, привязанного к стулу; обмотанный верёвкой его щиколотки и запястья были крепко связаны прочной верёвкой. Поначалу офицеры подумали, что он ещё жив. Его голова свесилась набок, словно он был без сознания. Подняв луч фонарика, полицейские увидели, что Бренд был убит несколькими выстрелами прямо в лоб. Пули навсегда уничтожили его красивые черты, лица оставив обожжённое, чёрное, кровавое пятно. Стена позади головы убитого была покрыта разлетевшиеся фрагментами черепных костей и мозга, клочьями волос — и залитой ярко-красной кровью.
Кровь была повсюду: разбрызгалась на белых стенах, растеклась темно — красными ручейками вдоль прожилок деревянных половиц. Офицеры полиции пришли к выводу, что кровь принадлежала Бренду. Однако её было предостаточно много. Внезапно в свете фонаря блеснул какой-то предмет — на полу возле ног Элисон лежал окровавленный нож. Второй луч высветил кровь, забрызгавшую её бежевое платье. Один из офицеров взял Элисон за руки и направил на них фонарь — оба запястья распёрли глубокие порезы, ещё совсем свежие и сильно кровоточащие.
