Д.Мирошник
Безобеденный перерыв
- Серега! Слушай, ведь обед уже скоро, а бетона все нет. Что делать будем? Я понимаю, что ждать... Ладно, давай опять закурим... Смотри, какая девка идет! Откуда она тут взялась? Практикантка? Что, студентка, что ли? Ничего так, все при ней... Я сейчас историю одну вспомнил. Деваха эта напомнила...Могу, конечно, делать все равно нечего...
- Ладно, слушай. Значит, так. Жила одна баба. Ну, не баба еще, а девка. Студентка. Училась в каком-то институте или университете, хрен его знает, не важно, толковая такая была, все на пятерки , да на пятерки, серьезная, но не то, чтобы как мышь конторская, а так, можно сказать нашенская. С юморком, живая и бегала больно резво.Это еще когда в школе училась она всех на стометровке обгоняла, аж пыль столбом! Второй взрослый разряд у девки был. Это в школе-то! Ништяк! Ну, ей там всякие призы, вымпелы, грамоты, туда-сюда, а ей - по барабану, слышь, так, мимоходом. У нее главное - учеба. Такая вот девка попалась. Ну, а в институт поступила - снова вся в учебу. Книги, лекции, семинары, зачеты, лабораторные, что там у них, студентов, еще бывает, хрен его знает, но все,что положено, делает, гранит этот грызет, зубы точит, пар валит. Все путем.
А там в ихнем институте тренер по легкой был. Он эту девку приметил. Глаз-то у него наметанный, сразу понял - толк будет. Подходит он к ней и говорит. Слышь, говорит, Ирина (ее Ириной звали), у тебя, говорит, физические данные хорошие. Я тебе, говорит, советую заняться короткими всерьез. У тебя какой разряд? Та говорит, мол, второй. Ну вот, говорит. Я тебе обещаю - будем заниматься индивидуально, и я из тебя через три года
мастера спорта сделаю!
Нет, он мужик был нормальный, в натуре. Он на нее не как на бабу смотрел, а как на машину, ну, которая ему тоже что-то там принесет. У этих тренеров свои радости есть. Их, слышь, Серега, понять можно. Ну, смотри. Ты ей все показываешь,все свои секреты выдаешь, весь свой опыт вкладываешь, все приемы, потеешь, чтобы тебя поняла, объясняешь, как надо, и так - каждый день. А она - ну ни в дугу, ну ни в зуб ногой, бестолочь, да и только! А тут - самородок! Девка все на лету схватывает, а как побежит - аж дух захватывает! В натуре! Ноги - как у Апполона - хрен раздвинешь, задница маленькая, но мясистая, дыхалка как у Соловья-разбойника - мощь, да и только!
Стал он ее готовить. На тренировках нагрузки давал большие, за режимом зорко следил, ни тебе выпить, ни закусить, спать ложись в десять, вставай в шесть, ну в общем, хотел из нее чемпиона сделать. Ну, ладно. Год проходит точно, у девки первый разряд, чемпион города, по институту слава, почет. На второй год, слышь, уже кандидат в мастера, все соревнования выигрывает, все соперницы - в заднице! Во как! И что думаешь? На третий год - все, стоп! Ну, не бежит девка быстрее, вот ведь елки-палки! В чем дело? Тренер недовольный - у него шарлышки уплывают, но в глазах - огонек хитрый, лукавый. Тренеры они, Серега, ребята простые, хоть в школе, хоть в институте вкалывают. Им правду-матку в глаза сказать - что нам два пальца... сам понимаешь. Подходит он к ней, значит, и говорит:
- Слышь, говорит, Ирина! Ты, говорит, мне правду скажи. Зачем ты себе такие цыцки отрастила? Набила полную пазуху! Ну как ты с ними бегать собираешься? Тебе, говорит, с такой грудью не по дорожке беговой бежать, а, извините, в ложе театральной недвижно сидеть в декольте на двенадцать персон. И чтобы все вокруг не на сцену смотрели, а на грудь твою, мать твою! Значит, так! Или отрезай их к едреной матери, или давай прощаться!
- Во дает! Ну, насчет отрезать это он, конечно, загнул. У кого рука поднимется такую красоту уродовать? Это он, Серега, так пошутил, в натуре. Небось, сам не прочь на такие цыцки лапы положить. Но он мужик был правильный, тренер настоящий. Насчет цыцок это он точно сказал. Я сам видал по телеку, как покажут какую-нибудь чемпионку, так ведь ей можно и без майки бежать - у нее же вместо грудей ребра торчат. Ну, некуда руки положить!
- Ну, понимаешь, девка не обиделась, понимала, что прав тренер. За два года грудь шарами вздулась, тяжелая стала. Побежишь, а она мотается, того и гляди улетит к черту. А стянешь лифчиком потуже - дышать тяжело, воздуху не хватает Опять плохо! Ладно, говорит, ничего я резать не буду, спасибо вам за все, говорит, и до свидания. Вот так! И разошлись они мирно.
