— Я… — Изабелла помолчала, но потом все-таки сказала: — Я отправлюсь к этим крылатым голубям. Раз уж Рейна называет то мерзкое место домом, то… я уж постараюсь привести его в порядок. «Изгнанник» хороший корабль, хоть уже и устаревает, но на пиратов его хватит.
— Любому кораблю нужен старший помощник. А Облачный город или тот остров крылатых, мне без разницы. Я все равно живу на корабле.
— Хорошо, — без особого выражения кивнула Изабелла.
— Но… ты уверена в своем решении?
— Да. Я наделала слишком много ошибок, дожила до седых волос, но вместо мудрости получила лишь маразм. А потом и вовсе решила, что мне будет позволено все забыть и начать с чистого листа. Нет уж. Нам в жизни дается лишь один лист, и все что на нем есть — мы пишем сами. Я не знаю, сколько еще на моем листе осталось места, но… постараюсь хоть что-нибудь хорошее написать.
— Я с вами, куда бы вы не пошли.
— Куда это вы уже намылились? — недовольно спросила Рэла Мора, выходя на палубу.
— Изабелла собралась распустить команду.
— Что, прям сейчас?
— Нет, после нашей победы.
— А… понятно, в первый раз, что ли? Ничего. Напьется, подерется, и все пройдет.
— На этот раз я не шучу.
— Да понятное дело, — пожала плечами Рэла. — К этим курицам переросткам собралась?
— Да.
— Мне Ирвин рассказывал, что их новый вожак совсем не дурак, предлагает большие деньги опытным летчикам, капитанам и штурманам. Им нужны люди опытные и крепкие, потому как своих не хватает. Так что нечего тут сопли на поручни наматывать, все там при деле будем. Особенно когда пиратская шобла сообразит, что золота у голубей этих больше, чем бойцов способных его охранять. Так что не сомневайся, скучать, там не придется.
— Хорошо бы… — вздохнула Изабелла. — Если они нас вообще примут.
— А куда они денутся? — усмехнулась Рэла.
Хлопнув Изабеллу по плечу, Рэла пошла вниз, дальше спать. В отличие от некоторых, она никогда не жаловалась на сон перед боем.
— Было больно, — обиженно глядя на Фертаха, сообщила Илия.
Фертах с трудом подавил смешок. Очень уж забавно выглядела насупившаяся ушастая волшебница. Она лежала на спине, а Фертах одной рукой обнимал её за плечи, а другой лениво ласкал по влажному от пота животу и грудям.
— В первый раз всегда больно, — сказал Фертах.
— Ну да. Тебе ли не знать, — мрачно ответила Илия. — С твоим-то опытом.
— Не ревнуй к прошлому, тебе это не идет, ушастик.
— Вот как раз таки прошлое — это мое!
— Не важно, — поморщился Фертах.
Устав от недовольного ворчания, он закрыл ей рот самым простым и надежным в этой ситуации способом. Илия от такой наглости привычно напряглась, но сразу же расслабилась, закрыла глаза и неумело ответила на поцелуй.
Фертах затащил её в постель старым и избитым, но от того не менее надежным способом. Сначала сыграл на жалости, потребовав внимания, мол, волнуется перед боем, потом налил крепкого вина, а когда оно ударило Илии в голову, Фертах сообщил, что вполне возможно это их последняя встреча и ему будет очень тяжело умирать, сожалея что так и не смог её поцеловать. Когда Илия немного протрезвела и поняла, что к чему… ей уже самой хотелось быть обманутой. Но потом она все-таки решила отыграться.
— А сколько у тебя детей? — вдруг спросила Илия.
— Не знаю, — с обескураживающей честностью ответил Фертах. — Может, есть где-то парочка, но их матери не признают, что понесли не от мужа, так что это не считается. А может, и нет никого. Аборты, знаешь ли, и на Вольных островах делать умеют, не говоря уже об Облачном городе.
— Ну, теперь точно будет один, — мрачно заявила Илия.
— В смысле?
— В прямом! Я тебя пыталась предупредить, что сегодня точно не лучший момент, но ты мне даже слово не дал сказать.
— Слушай, ты не очень-то и сопротивлялась, знаешь ли.
— Ага! Тебе, блин, посопротивляешься! Сначала напоил, потом раздел, а потом так прижал, что я и шевельнуться не могла!
— Еще скажи, что я тебя изнасиловал… и ты от темы не отходи. Что за ерунду ты про ребенка несешь?
— Да беременна я, — видя, что Фертах не верит, Илия добавила: — я же волшебница. Свое тело хорошо чувствую. Может, конечно, через пару-тройку дней все само отторгнется, обычная женщина подобное бы даже не заметила, а может и нет. Тогда только аборт делать.
От услышанного Фертах сам протрезвел, разжал объятия и сел на кровати.
— И кто это будет?
— А я откуда знаю? Я свое тело чувствую, а ребенка… даже не знаю, может смогу пол почувствовать, а может и нет. Да и вообще, какая разница?
— Тут ты права, разницы никакой, — медленно проговорил Фертах, проводя рукой по лицу. — Вот что, ушастая, как в Облачный город вернемся, и пока тебе опять что-нибудь в голову не стукнет — в ближайший храм и жениться.
— Какой еще храм?
— Да любой! В первый попавшийся!
Илия открыла рот, подумала и закрыла его, а потом вдруг встала и начала одеваться.
— Ты чего? — удивленно спросил Фертах.
— Чего-чего, одевайся давай.
— Зачем? Слушай, Илия, что ты там себе уже надумала?
— Ничего я не надумала, — буркнула Илия, — это ты блин…
— Что блин? Ну пошутил я! Что ты сразу…
