Я осталась наедине с директором, который отпустил меня только через час, после яростной проповеди. Больше всего он беспокоился о «репутации школы», моих «несчастных родителях» и «бедном мальчике». Он отстранил меня от занятий на неделю, чтобы беспокойство по поводу этой истории немного улеглось. Но я не появилась там и через неделю, поэтому Артуру, который всегда шёл на мировую первым, пришлось искать меня на Побережье.
- Я же сказала, чтобы ты здесь больше не появлялся.
- Нам нужно поговорить, а в школу ты не ходишь.
- Я болею. У меня температура – сорок два.
- Серьёзно? Выглядишь прекрасно. – Я отказывалась на него смотреть, поэтому Арчи добавил: - В отличие от меня.
- Но тебе всё равно мало показалось, раз ты припёрся за добавкой.
- Хватит! Ты даже не объяснила, в чём, блин, дело! Зачем надо было сразу накидываться? Эй! – Он дёрнул меня на себя. – Что случилось?
- Не трогай меня.
- Это всё из-за Ирмы?
Я поперхнулась смешком. Меньше всего я беспокоилась об Ирме, хотя кто знает, что он ей успел рассказать. Может, даже смастерил для неё бусы из патронов и выпилил обручальное кольцо из гильзы. Романтик хренов.
- Знаешь… - Я хотела сказать, что считала его своим другом. Что доверила ему тайну, которую бы никогда не доверила родителям. Что я готова была поделиться с ним самой могущественной силой на планете, потому что он был единственным, кто воспринимал меня всерьёз. Арчи должен был понять, какую боль причинил мне. Но я ограничилась лишь: - Я жду не дождусь, когда ты уже уберёшься из этой «дыры» вместе со своей подружкой и миллионами.
- Какого… - Он не сразу пришёл в себя. – Какого чёрта?! Я же пришёл извиниться!
- За что?
- Не знаю! Ты скажи!
Я посмотрела на него. Синяки ещё не сошли с его лица.
- Твой друг Ирокез хвастался в столовке пулей, которую ему подарил ты.
Казалось, он слышит об этом впервые.
- Нет, нет, я ничего ему не давал, Кэс…
- Давал, а потом ещё объяснил, как она работает. Сказал, что у тебя их полно, хватит, чтобы вооружить всех твоих друзей-недоумков.
Арчи запустил пальцы в волосы.
- В тот раз я… Мы отмечали. Пат принёс стимуляторы, новинки… Я не помню, что было потом.
- Это ты так оправдываешь, что ли? Кроме того, что ты предатель, святотатец и трепло, ты ещё и торчок.
- Свято… чего?
- Ты, сволочь, продал Его! Какому-то хвастливому чмырю! Какому-то вечно обдолбанному, выпендрёжному клоуну! Зачем?! Чтобы заслужить его уважение?! Купить его «ценную» дружбу?! А как же моя дружба?!
Арчи опешил. Он думал, что я злюсь из-за того, что он подверг меня опасности. Ирокез мог разболтать кому не надо, и полиция или мафия вышли бы на нас.
- Так что сегодня же ты вернёшь всё, что взял из бункера! – закончила я, тяжело дыша.
- Нет.
- Вернёшь всё до патрона и никогда больше туда не сунешься!
- Нет. – Он покачал головой. - Я не могу, Кэс… Это всё, что у меня есть…
- Кроме огромного счёта в банке! Ты прикалываешься, что ли?!
- Мне не нужны деньги! – Тут его озарило: - Хочешь, я заплачу?
- Заплатишь? Да за кого ты меня принимаешь?! Ты, придурок, так ничего и не понял? За всё это время не понял ни черта!
Я опять набросилась на него, но на этот раз Арчи с лёгкостью меня отстранил.
- Хватит с ума сходить! – рявкнул он. – Никто не умер! А если тебя заботит лишь твоя псевдорелигиозная хренотень, то, очевидно, у тебя есть проблемы посерьёзнее полиции. Ритуалы, алтари, камни – к чёрту это! Ты меня из-за этого убить хотела? Тебя, блин, рановато из госпиталя выписали.
- Что ты там вякнул?
- Тебе шестнадцать, может, уже пора повзрослеть?
- Это ты себя, что ли, взрослым считаешь? «Медвежонок».
- А ты кого из себя строишь? Думаешь, крутая? Обычная психопатка! Вернуть тебе оружие? Нужно было забрать его всё! А ещё лучше – донести на тебя, потому что ты опаснее меня, Ирокеза, Пата, всех нас вместе взятых. Фанатичка! – Обычно он начинал жалеть о своих словах уже через пять минут после того, как их скажет. Но в тот раз всё было иначе, серьёзнее. – Держаться от тебя подальше? Да, блин, с удовольствием! Но кому от этого будет хуже? Не подумай только, что я о тебе беспокоюсь. Твоё шизо – это проблема твоих родителей. Хотя, если они до сих пор не заметили, что у тебя с головой беда, им на тебя конкретно чихать.
Я пришла в себя не сразу. Даже когда Арчи замолчал, слова продолжали звенеть в тишине, такие же громкие, отчётливые и болезненные.
- Пошёл вон, - пролепетала я. – Ты изгнан… Отлучён от Побережья. Навсегда!
- Завязывай уже. Это не твоё побережье. Никогда твоим не было. И мне с самого начала не следовало поощрять тебя. Нужно было врезать тебе посильнее в тот раз, а не пытаться поладить, может, у тебя мозги на место бы встали.
