– Да, он ваш отец, – ответила она. – И правда то, что мы узнали об этом от Макдабов. Хоть они и враги, их слово стоит доверия. – Она скривилась. – Как бы то ни было, это правда. Они известны своей честностью. Хотя мне и не нравится то, что сказал тебе сэр Александр, он не лгал.
– И ты в самом деле думаешь, что это правда?
– Да, Мейнус. Вы с братом очень похожи на сэра Барру. Я видела, как сэр Барра разглядывал меня, произнося имя вашей мамы, – это было лицо человека, увидевшего призрак. Я видела и как он смотрел на вас, дети, особенно на маленькую Сибил – словно не мог наглядеться. Этот человек хорошо умеет притворяться, но даже он не может подделать такую неприкрытую любовь в глазах, если не чувствует любви в своем сердце. Нет, невозможно так смотреть на ребенка, если он не является твоим собственным.
– Если он любит нас, тогда почему не пришел за нами, когда умерла мама? – спросил Рут, забираясь в кровать.
– Ах, сладкий мой, есть очень много причин. – Эйлис вздохнула, когда поняла, что дети ждут ее объяснений. – Макдабы и Макфарланы были врагами на протяжении многих лет. Лирган когда-то был замком Макдабов, пока наш дядя не захватил его, убив их отца. Твой отец встретил твою мать уже после того, как между кланами разгорелась взаимная вражда. Он не мог говорить о тебе или о ней, точно так же, как твоя мама не могла говорить о нем. И у него уже была жена. Глава Макдабов, сэр Александр, решил вас забрать у Макфарланов, хотя ваш папа этого боялся. Ты понимаешь почему?
– Да, – кивнул Мейнус. – Если бы стало известно, что в нас течет кровь Макдабов, нам было бы опасно оставаться у Макфарланов. Но наш отец опасался, что наша кровь Макфарланов сделает нашу жизнь опасной у Макдабов.
– Правильно. – Эйлис поцеловала каждого из мальчиков, а потом выпрямилась, держа на руках Сибил. – Теперь вы все вместе, как и должно было случиться много лет назад.
– А что будет с тобой?
– Это зависит от обстоятельств, Мейнус. – Эйлис постаралась отогнать от себя мысли о своей будущей судьбе.
– Но потом тебя заберут обратно в Лирган, – произнес Рут. Его голос чуть дрожал. – Мы хотим остаться с тобой.
– Нет, – твердо произнесла Эйлис, несмотря на боль, терзавшую ее душу. – Вы принадлежите вашему отцу. Он любит вас так сильно, что смирялся с тем, что вас с ним нет, хотя очень этого не хотел. Я была с вами с самого вашего рождения. Теперь его очередь.
Эйлис сообразила, что никогда раньше не думала, что у нее могут отобрать детей. Какой же глупой она была! Всегда существовала возможность того, что сэр Барра заявит на них свои права. Теперь Эйлис должна отойти в сторону.
– Разве ты не можешь остаться с нами? – спросила Сибил, обнимая Эйлис за шею.
– Нет, детка. Возможно, позднее, когда вражда между кланами стихнет, мы снова увидим друг друга.
– Если наш отец позволит этому лэрду нанести тебе вред, я его возненавижу, – свирепо пообещал Рут.
– Нет, ты не должен этого делать, малыш, – жестко произнесла Эйлис. – Барра Макдаб ваш отец. Он человек, которого любила ваша мама, и человек, от которого вы произошли. Не он здесь хозяин, а Александр. Здешние люди должны делать так, как прикажет хозяин. Можно спорить и не соглашаться, но он не в состоянии помешать владельцу поместья. Мы не должны винить вашего отца за действия сэра Александра. – Она взъерошила волосы каждого мальчика. – Со мной все будет в порядке.
– Он ударил тебя, тетя. – Сибил дотронулась до небольшой ссадины на щеке Эйлис.
– Не он первый. Дядя Колин и Дональд Маккорди тоже меня поколачивали. У меня очень острый язычок, а мужчинам это не нравится. Ты видела лицо сэра Александра? Его самого удивило то, что он сделал. Думаю, он никогда раньше не бил женщин. – Эйлис опустилась на край кровати. – Не беспокойтесь обо мне, дети. Сэр Александр не сделает ничего, с чем я не могла бы справиться. Он не собирается меня убивать. Я много ценнее для него живая. А сейчас я должна уложить эту девчушку в постель. – Эйлис выпрямилась, повернулась к двери и встретилась лицом к лицу с Баррой. Что-то подсказало ей, что этот человек стоит здесь уже давно и слушает, о чем они беседуют.
Барра задержал взгляд на Эйлис. Его явно смутило то, что он слышал. Эйлис, как и Майри, излучала любовь и понимание, но за мягкостью Эйлис угадывалась стальная воля. Майри часто не желала воспринимать реальность такой, как она есть, в то время как Эйлис смело встречала удары судьбы. Эйлис была приспособлена к жизни, в то время как Майри была мечтательницей. Барра внезапно понял, что его Майри все равно не прожила бы долго. У Майри просто не было внутренней силы, необходимой для выживания.
– Ты позволишь отнести тебя, Сибил? – тихо спросил Барра, осторожно протягивая руки к ребенку.