– И это как-то связано с Томасом Мерритом и Джулией Лейтон?
Он быстро соображал. Следовало отдать ему должное. Стюарт имел репутацию превосходного шпиона, но только когда не был пьян. И он ненавидел Томаса Меррита. Даже интересно, чем это Меррит так ему насолил.
От Стивена не укрылся взгляд Джулии, которым она проводила вышедшего из экипажа Меррита. Неужели у нее сохранились какие-то чувства к нему? Стивен не считал себя ревнивцем, но, с другой стороны, бы никогда раньше не был влюблен. Если Меррит – та самая причина, которая мешает Джулии принять его предложение, он устранит соперника любыми средствами.
– Я вижу, вы знаете Меррита, милорд. Кажется, он обычный вор. Мы наняли его для выполнения одной работы… по его профилю… и ничего больше.
Стюарт удивленно поднял брови и тут же поморщился от боли.
– Вот, значит, что с ним стало.
– Разве он не был вором в Лондоне?
Стюарт фыркнул:
– В Лондоне он был глупцом. Когда я его знал, он повесничал и играл в карты. Женщины сходили по нему с ума. А он исповедовал свою мораль. Его брат женился по любви, но его невеста вышла замуж за деньги и титул. Джоанна жила ради удовольствия, купалась в нем. Когда она проиграла немыслимую сумму и Эдвард урезал ее содержание, она стала менять любовников и заставлять их оплачивать ее долги. Узнав об этом, муж закрыл женушку в Брекон-парке. Ей требовалась компания, кроме того, она страстно желала навредить Эдварду, потому и пригласила Томаса и меня. Я был самым старым и близким другом Эдварда, а значит, в его глазах вне подозрений, но если женщина хочет…
Он пожал плечами, а Стивен почувствовал, как у него внутри все сжалось.
– Как-то раз Джоанна была в моей постели, а тут неожиданно нагрянул Эдвард. Мы поняли это слишком поздно, когда он поднимался вверх по лестнице. У нее не было времени вернуться на свою половину, поэтому она забежала в комнату Томаса. Там муж и нашел ее. Нагой. – Он хохотнул. – Джоанна умоляла деверя молчать. Том увидел меня в дверях, когда начались крики и беготня, и понял, в чем дело. Но он дал слово раньше, чем узнал суть дела. Этот благородный идиот даже не подумал защищаться: позволил брату лишить его всего и вышвырнуть из дому без единого пенса.
Через некоторое время Джоанна разыскала его в какой-то грязной лондонской ночлежке и предложила ему пару бриллиантовых сережек – свадебный подарок Эдварда – за молчание. Когда Том во всем разобрался, было уже слишком поздно. Он пришел ко мне в надежде, что я признаю правду, но я задолжал ему – много задолжал, – поэтому помочь отказался. Для меня было предпочтительнее видеть его нищим и бесправным. Вот я и обещал рассказать Эдварду, что Томас силой заставил Джоанну стать его любовницей. Позже я слышал, что в лондонский дом Эдварда вломился вор и унес из сейфа все драгоценности Джоанны. Его так и не поймали. Теперь я уверен: это был Томас Меррит.
– Не исключено, – протянул Стивен и скрипнул зубами.
Оказывается, Стюарт еще более отвратителен, чем можно было предположить. Майор надеялся услышать, что Меррит – бродяга, бабник, разбойник, виновный в ужасных преступлениях, а выяснилось, что он пострадал, защищая честь женщины. Стивен закрыл глаза. Впрочем, это не делало совращение Джулии Лейтон менее постыдным делом.
Стюарт рухнул на стул и устремил на Стивена пристальный взгляд здорового глаза. Судя по всему, он ни секунды не сожалел о том, что сломал жизнь человеку.
– Выходит, Том стал вором. Интересно, как он дошел до такой жизни? И как он очутился здесь, в Вене? И чего ради стал помогать вам? – Стюарт ткнул пальцем в направлении заветной папки.
Действительно, ради чего? Или кого? Ради Джулии? Стивену не хотелось в это верить.
– Я пригрозил, что его повесят, если откажется.
– Том Меррит, которого я знал, наплевал бы на это. Он бы не ударил палец о палец, если бы помощь вам не отвечала его интересам. Какова была его цена?
Стивен заколебался, но все же сказал:
– Он хотел денег и орден Подвязки лорда Каслри.
Стюарт изумленно разинул рот.
– Зачем ему звезда? Или он хочет отомстить всей британской аристократии?
– Не знаю. Но он твердо стоял на своем.
– Тогда я могу предположить, что он хочет поставить в неловкое положение всю британскую миссию. – Стюарт с интересом взглянул на папку. – Он знает, что там?
Стивен кивнул:
– Думаю, да.
– А если он кому-то расскажет?
Стивен задумался. Кто поверит, что Веллингтон как-то причастен к освобождению Наполеона? Без бумаг – никто. Эти документы – единственный козырь Талейрана.
– Вам не нравится Том. Не так ли, Айвз?
– Нет.
– Даже не стану спрашивать почему. Он принадлежит к породе мужчин, которых обожают женщины и презирают за это другие мужчины. По-моему, объяснение достаточное. Я бы тоже хотел избавиться от Томаса. Он знает много лишнего, и это делает его опасным – возможно, даже потенциальным предателем. Моя работа – и ваша тоже – добиться, чтобы предатели получили по заслугам. Ваши счеты – это ваши счеты. А что касается меня… Вот это, – указал он на свой сломанный нос, – не должно остаться безнаказанным.
