Она ушла в свою спальню и через какое-то время вернулась в широкополой соломенной шляпе и в громадных солнечных очках. Едва ли это был ее стиль, но, во всяком случае, защита от любопытных взглядов была обеспечена. Белый топик и такого же цвета брюки тоже вряд ли привлекли бы к себе лишнее внимание.
Кейт встала перед Ралфом и повернулась как манекенщица.
- Ну, что скажешь?
Вот идиотка! Столько усилий было потрачено на то, чтобы создать хотя бы видимость дистанции между ними! А теперь она чуть ли не вымаливает его одобрительный взгляд.
- Прекрасно, - машинально ответил Ралф, явно думая о чем-то своем.
- Но ты даже не взглянул на шляпу и очки, - упрекнула Кейт, Ралф удивленно приподнял одну бровь, словно спрашивая "Кто, я?", но тут же нашелся:
- Действительно, не взглянул. Видимо, меня отвлекло все остальное. Но если уж хочешь знать мое мнение, шляпа немного не в твоем стиле.
- Спасибо, - сказала Кейт, словно в ответ на изысканный комплимент. - Я только пройдусь по магазинчикам внизу, в холле, - пообещала она и выпорхнула еще до того, как он успел что-нибудь возразить.
***
Никто не взглянул на нее дважды, когда она шла вдоль ряда магазинчиков на первом этаже отеля. Кейт уже привыкла, что все оборачивались на нее, где бы она ни появилась, и сегодняшний опыт показался ей малоутешительным. Это подтверждало, что с безвестностью она могла смириться лишь на очень короткое время.
В то же самое время Ралф ошибался, утверждая, что она добивается славы любой ценой. Кейт ценила свою популярность как признак своих достижений.
Слегка раздраженная тем, что даже здесь не прекращает думать о Ралфе, она зашла в первый попавшийся магазинчик, где продавалась женская одежда изысканных фасонов.
Внезапно в ней проснулось то, что Маргарет называла желанием пофорсить. Это было безумием, если учесть, что сейчас Кейт практически оказалась безработной. Однако ей уже удалось купить себе квартиру и положить в банк немного денег на черный день. Почему бы сейчас ей не побаловать себя?
К большой радости хозяйки магазинчика, она примерила несколько вещей и в конце концов выбрала блузку кораллового цвета и изящного покроя светло-серые брюки, что составило восхитительный ансамбль. Переодевшись в примерочной, Кейт попросила упаковать вещи, что раньше были на ней. Ее новый наряд гораздо больше бросался в глаза, чем прежний, и она поспешила к лифту, стараясь не привлекать излишнего внимания.
Она говорила себе, что купила эти вещи для собственного удовольствия. Однако внутренний голос утверждал, что это вовсе не так, как и приятно-щекочущее возбуждение, игравшее в ее крови при мысли о том, что скажет Ралф, увидев ее.
Ей пришлось пробиться сквозь толпу, чтобы выйти к площадке возле лифтов. Ослепленная вспышками фотоаппаратов туристов, которые фотографировали друг друга, Кейт вздохнула с облегчением, когда двери лифта наконец закрылись и наступила благословенная тишина.
Войдя в номер, Кейт не обнаружила Ралфа ни на террасе, ни в гостиной. Тогда она направилась было в спальню, чтобы оставить там старые вещи, как вдруг похолодела от ужаса, сообразив, что на ней не было шляпы и солнечных очков, когда она шла через холл отеля. Должно быть, оставила их на кресле в примерочной.
Кейт прижалась лбом к оконному стеклу, тщетно пытаясь справиться с дурным предчувствием.
- Ты выглядишь совсем иначе в этом новом наряде. Он тебе очень идет.
Тихий голос Ралфа заставил ее вздрогнуть. Она повернулась, и у нее перехватило дыхание. Тем временем Ралф подошел к бару и, смешав две порции виски с содовой, один из бокалов протянул Кейт. Когда их пальцы соприкоснулись, она снова ощутила нечто похожее на электрический разряд.
С усилием кивнув, Кейт произнесла:
- Мне он тоже нравится. Ралф, слегка прищурившись, окинул ее внимательным взглядом.
- Но теперь у тебя менее индивидуальный стиль. В той шляпе ты смотрелась совсем иначе.
Она ожидала чего-то похожего и едва не разозлилась - главным образом на себя из-за того, что придавала такое значение его мнению. И тут Кейт внезапно поняла, что испытывает одновременно два противоположных желания: заняться с ним любовью и оказаться как можно дальше от него. Парадокс был убийственным, и она никак не могла его разрешить.
Внезапно Ралф шагнул к ней и сжал Кейт в объятиях. Затем спросил поддразнивающим тоном:
- Или, может быть, мне лучше оставить тебя одну?
- Да, - ответила она, хотя меньше всего хотела именно этого.
К несчастью, на сей раз Ралф решил повиноваться и, отпустив Кейт, направился в свою спальню. А она упала в кресло, пытаясь привести в порядок мысли. Нужно сказать ему, что все отменяется. Пусть найдет другого журналиста, который и будет плясать под его дудку. Она даже могла бы порекомендовать ему несколько кандидатур.
Но только не женщин! Даже если она и не хочет сотрудничать с Ралфом, нельзя допустить, чтобы другая женщина заняла ее место...
