Адам прислоняется к двери машины, барабаня пальцами по блестящему черному металлу.
– Изменял? Нет. Ты должен быть в отношениях, чтобы изменить кому-то, верно?
Когда я киваю, он продолжает:
– На самом деле я никогда ни с кем не встречаюсь. Одна сумасшедшая пыталась обвинить меня в измене, но она знала, с кем связалась. Они все знают. Это не секрет.
В конце концов, он прав. Всякий, кто проведет хоть какое-то время с Адамом, поймет каков он. Кокетливый, беспечный, без обязательств. Но даже несмотря на то, что эти качества должны были бы предостеречь девушек держаться от него подальше, именно они больше всего и привлекают. Таких девушек, как я. Адам – плохой парень с подмоченной репутацией. Он из тех парней, которых надеются исправить все девушки в мире.
Только меня не проведешь.
– Ты никогда не хотел иметь девушку? – интересуюсь я, слишком глупая, чтобы беспокоиться о том, что говорю, хоть и знаю, что позже буду жалеть.
Глядя на меня, Адам ухмыляется.
– Почему спрашиваешь? Хочешь стать моей девушкой?
Я фыркаю, притворяясь, что нахожу эту идею абсурдной. Черт, зачем притворяться? Она абсурдна.
– Просто интересно.
Улыбаясь, он отвечает:
– Хотел ли я когда-нибудь иметь девушку… Хм…
Задумавшись, он рассеянно вертит черный резиновый браслет на запястье.
– С девушкой нужно много возиться.
– Это значит нет?
Он смеется и вытягивает мой чемодан из машины, неся его через парковку к двери дома.
– Это наблюдение.
Я следую его примеру и заканчиваю разговор, пока мы идем через вестибюль с полированным гранитным полом и потолками высотой с пятиэтажное здание. На лифте мы поднимаемся на четвертый этаж и идем по узкому длинному коридору к квартире Адама – 4Е.
Открывшаяся дверь представляет к обзору огромную гостиную, и даже если бы я не знала, что Адам с Шоном живут здесь, я бы подумала, что здесь живут студенты-холостяки. Деревянный пол простирается в пространство, где находятся серый бархатный диван и два разномастных кресла. Они обрамляют деревянный кофейный столик и обращены к гигантскому развлекательному центру с огромным плоским телевизором и большими-пребольшими колонками. В углу комнаты стоят еще колонки и три гитарных подставки с двумя гитарами на них. Стены приглушенного серого цвета, голые, за исключением маленького пятнышка – кто-то написал ярко-синим маркером «НЕ ПИСАТЬ НА СТЕНАХ!», в чём я распознаю почерк Адама, который прежде видела в его блокноте, и широко улыбаюсь.
Поставив мой чемодан, он направляется на кухню слева от нас и ставит два бокала на стойку. Затем открывает несколько шкафов, до краев заполненных бутылками с алкоголем, при этом нервно барабаня пальцами по деревянным дверцам. Я сажусь на барный стул перед стойкой, отделяющей кухню от гостиной, и наблюдаю за ним. Адам стоит спиной ко мне, его черная футболка свободно свисает с плеч.
– Итак, у меня есть идея.
Он поворачивается ко мне со взглядом сумасшедшего ученого.
– Давай создадим новый коктейль. Назовем его «Забыть подонка» или что-то в этом роде. Только скажи мне, что будет в его составе.
Я смеюсь.
– «Забыть подонка»?
– Эй, если можешь предложить название получше – вперёд, – он нежно улыбается мне. – Так что в нём будет, Персик? Ты называешь, а я, скорее всего, добавляю. Если нет – дальше по улице есть магазин.
Я долгое время раздумываю, глядя на выстроившиеся в ряд бутылки. Мне в глаза бросается полная бутылка джина – напоминание о том единственном разе, когда я видела Брейди пьяным в дрова. На моем выпускном он выпил слишком много джина, и его полтора дня рвало. С тех пор он к нему не прикасался.
– Брейди ненавидит джин, – произношу я, и уголок рта Адама изгибается в одобрении.
– Обожаю джин.
Он достает бутылку из шкафа и ставит ее на стойку.
– Что ещё?
– Он ненавидит всё с ароматом винограда.
Виноградные леденцы, жвачка, газировка – при виде этого он зажимает нос и поворачивает голову так, словно пытается сбежать от своей шеи. На самом деле в какой-то мере это мило. Но сейчас? Я хочу искупаться в виноградном соке, обмазаться пастилой с ароматом винограда и засунуть свой кулак в его лживую, предательскую глотку.
Адам роется в шкафу, звеня бутылками.
– Да ладно, я же знаю, что у нас должно быть что-то… Ага!
Он вытаскивает наполовину пустую бутылку виноградной водки и победно улыбается, болтая бутылкой.
– Что-то ещё?
Я пожимаю плечами.
– Я обнаружила, что люблю текилу.
Адам наклоняется ближе, оперевшись локтями о стойку и подперев руками подбородок.
– Обнаружила, правда?
Я смеюсь и прикрываю его глупое лицо рукой.
– Да.
Схватив меня за мизинчик своими накрашенными черным лаком пальцами, он оттягивает мою руку, чтобы улыбнуться.
– Принято к сведению.
Адам встает и переворачивает всё вверх-дном, чтобы найти бутылку текилы. Он смешивает огромное количество алкоголя из трёх бутылок в двух стаканах, после чего передает один из них мне.
Я беру его и какое-то время изучаю. Подношу к носу и нюхаю – по аромату напоминает кислоту.
– Будет мерзко, – кашляю я.
– Хорошо. Ещё одна причина приложить все силы, чтобы ты больше никогда не пила его.
Адам чертовски прав. Я поднимаю бокал, и он чокается своим.