– Вот и чудненько. Но какое-нибудь ваше фирменное блюдо я обязательно попробую.
– Тогда и я хочу преподнести вам бонус.
– Это какой же? – удивился Артем.
– Вы сами сказали, что в доме нет женщины, поэтому я могу иногда что-то помочь вам по хозяйству. Прибраться, помыть посуду, сходить за продуктами. Естественно, за это я не буду требовать оплату.
– Хотел взять на работу одну сиделку, – довольно произнес Артем, – а получается, нанял целый штат работников, правда, в одном лице. Договорились. Будете моим, как это называется… управдомом. Могу поклясться, что ни у кого из моих друзей не было такого симпатичного помощника по хозяйству.
Ольга смущенно опустила глаза.
– Думаю, пора познакомить вас с дочерью. Прошу за мной.
Артем первым шел по лестнице на второй этаж в комнату Дианы и вдруг резко обернулся.
– Do you speak English well? (А вы хорошо говорите по-английски?) – внезапно спросил он.
От неожиданного вопроса Ольга даже споткнулась о ступеньку.
– Not bad. Not very good with spelling, but spoken is sufficient for communication (Неплохо. С правописанием не очень, а разговорный достаточно для общения), – ответила она.
– So I'll add another hundred dollars for you (Значит, я добавлю вам еще сто долларов).
– За что? – спросила она по-русски.
– Видите ли, моя дочь считала английский язык, чуть ли не своим вторым родным и если иногда вы с ней будете общаться на нем, то, возможно, это тоже поможет в борьбе с болезнью.
– All right, – улыбнулась Ольга.
Артем подошел к комнате дочери и постучал в дверь. Не ожидая ответа, которого, разумеется, не могло и быть, он распахнул дверь. Диана сидела за столом спиной к ним и, как всегда, что-то рисовала. Рядом лежал набор самых разнообразных кисточек, карандашей, стоял пластиковый стакан с водой.
– Диана, – сказал Артем, – познакомься, это Ольга. Она будет за тобой присматривать, когда я буду занят.
Девушка даже не подала виду, что услышала отца и продолжала водить кисточкой по листу бумаги, заканчивая рисовать очередного монстра.
– Вот видите, Ольга, в таком состоянии Диана находится постоянно, так что хлопот она вам особо не доставит.
– Hello Diana! How are you? (Здравствуй, Диана! Как твои дела?), – обратилась сиделка к девушке.
Диана вдруг дернула рукой и сбила со стола стаканчик с водой. Тот опрокинулся на пол и залил ковер.
– Вот так всегда, – чуть виноватым голосом сказал Артем, – она часто что-то роняет или разбивает. Это, пожалуй, единственная неприятность, которую она вам может доставить.
– Пустяки, – ответила Ольга, – я сейчас все уберу. Где у вас тряпка?
– Я потом вам все покажу. А сейчас я провожу вас в вашу комнату, где вы можете осмотреться, возможно, что-то изменить. Я не возражаю. Вам ведь придется жить здесь, когда я буду уезжать на несколько дней, чтобы Диана не оставалась одна в доме.
На следующий день Ольга привезла кое-какие свои личные вещи, разложила их и решила поближе познакомиться с Дианой.
– Привет, Диана, – сказала сиделка, входя в комнатку девушки, – вот решила пообщаться с тобой. Чем занимаешься?
Диана была занята своим любимым делом – рисованием. Она даже голову не взглянула на вошедшую Ольгу.
– А что ты рисуешь? Покажешь?
Никакой реакции.
– Я когда еще училась в школе, то тоже занималась в художественной студии. Конечно, художник из меня тот еще, но разные кошечки-собачки мне удавались неплохо.
Диана кинула быстрый взгляд на Бережную и, взяв карандаш, принялась сосредоточенно его затачивать.
– А однажды наш руководитель дал задание нарисовать лошадь. Я очень старалась, но в итоге получился какой-то "тянитолкай", – засмеялась Ольга. – А мальчик, который мне очень нравился, выхватил у меня рисунок и на весь класс заявил, что такого уродливого верблюда он никогда в жизни не видел. Все дети смеялись над его дурацкой шуткой, а мне стало так обидно, что я расплакалась. Больше я в эту студию не пошла. А жаль, мне так нравилось рисовать. А какой у тебя самый любимый художник? Конечно, на первом месте это твой папа! Я видела его картины, которые висят в гостиной. Очень красивые. Особенно мне понравился портрет молодой симпатичной женщины, выполненный в черно-белых тонах. Это твоя мама?
Карандаш в руках Дианы с треском переломился надвое.
– Извини, что напомнила. Я понимаю, что терять самых близких для тебя людей это очень больно. У меня год назад тоже умер отец. Я его очень любила и до сих пор не смирилась с утратой.
Что-то неуловимое мелькнуло в глазах Дианы.
– Мне твой папа говорил, что ты рисуешь разных монстров и чудовищ. Это что, какое-то новое молодежное направление в живописи? Можно, я взгляну, – попросила Ольга и потянулась к пластиковой папке с рисунками. Диана резким движением накрыла папку рукой. – Не хочешь показывать? – не обиделась Бережная. – Ну ничего, мы с тобой обязательно подружимся и вместе нарисуем, например, Змея Горыныча. Думаю, что такое чудище у меня получится изобразить. А сейчас не буду тебе мешать. Если что-нибудь будет нужно, то обращайся, не стесняйся.
