Она поняла, что это не могла сделать миссис Кук. Кто еще? У Тома не было причин желать, чтобы она вернулась домой раньше обычного, у Алексис тоже. Конфиденциальный характер беседы свидетельствовал о том, что меньше всего они ожидали появления третьего лица. Единственная реальная возможность заключалась в том, что кто-то знавший о романе Алексис и Тома хотел сообщить об этом ей, Джинне. Но кто этот человек? Джинна покачала головой в недоумении.
- Ты упускаешь из виду два обстоятельства, - сказала Алексис. - Я не влюблена в тебя и уже состою в браке.
В голосе Тома определенно прозвучали циничные ноты.
- Ну и брак.
- Не стоит злиться. Возможно, я не люблю моего мужа, но все-таки он мой муж. Как говорят, в счастье и несчастье.
- По-моему, скорее в несчастье.
Джинна услышала, как Алексис резко втянула в себя воздух.
- Уже много времени, Том. Думаю, тебе пора уходить. Я устала.
- Что за спешка?
- Я хочу побыть одна.
- Мы ещё не закончили ленч. Только попробовали деликатесы. Ты ведь пригласила меня на ленч, верно?
- Да, и приношу извинения. Я плохо себя чувствую.
- Мне очень жаль. - Но в его голосе не прозвучало сожаление. Возможно, тебе станет лучше, если ты выпьешь шампанского. Я как раз собирался это сделать. Ты позволишь наполнить твой бокал?
- Нет, спасибо. Я выпила достаточно шампанского. И ты, честно говоря, тоже.
- Ты поступаешь не слишком гостеприимно. Неужели мы забываем о наших светских манерах? Вы меня удивляете, миссис Николсон.
- Довольно! Я не настроена слушать твои шутки. Они не очень-то смешные.
- Прежде они казались тебе забавными.
- Я рада, что ты воспользовался прошедшим временем.
- В таком случае в следующий раз я постараюсь быть более остроумным.
- Следующего раза не будет, - тихо произнесла Алексис.
На мгновение воцарилась тишина. Потом Том заговорил изменившимся голосом, в котором появились ноты испуга.
- Что это значит?
- Все очень просто. Я думаю, что нам больше не стоит встречаться.
- Ты в своем уме?
- Да. Вечеринка закончилась.
- Для меня - нет. Я влюблен в тебя, Алексис. Ты не можешь закончить это таким образом.
- Но именно это я и делаю. Подвожу черту.
- Господи, женщина, неужели у тебя нет ко мне никаких чувств?
- Сейчас я испытываю одно чувство - хочу, чтобы ты перестал кричать и отправился домой. О'кей?
- Нет, не о'кей. Я не уйду. Я пришел сюда позаниматься с тобой любовью и собираюсь это сделать.
Алексис сменила тактику. Начала просить.
- Том, не упрямься. Мы прекрасно проводили время в последние месяцы, это было здорово, я получала удовольствие. Но теперь все закончилось. Я не хочу ссориться. Ты мне очень нравишься. Почему бы тебе не стать хорошим мальчиком и не уйти красиво?
- Бедное детство дает мне одно преимущество. - Том усмехнулся. - Меня не научили светским манерам. Не научили уходить красиво. Тем более не получив желаемого. Я по-прежнему чего-то хочу. Тебя, Алексис. Сейчас. И ты не можешь мне отказать. Уже не можешь. Тебе не следовало говорить мне то, что ты сказала. Ты поступила глупо.
Да, подумала Джинна, Алексис не следовало говорить ему о том, что она не любит своего мужа. Это действительно было глупой ошибкой.
- Ты мне угрожаешь? - спросила Алексис.
- Да, и я не шучу. Либо ты сейчас поднимешься со мной наверх, либо черт возьми, почему ты ухмыляешься?
- Из-за твоего глупого предложения подняться наверх.
- Что тут глупого?
- Ты хочешь заняться сексом в постели? Это забавно. С одной стороны, ты - воплощение гнева и похоти. Однако предпочитаешь совершить акт в традиционной обстановке. В спальне. Это характерно.
- Характерно для кого?
- Для такого ничтожества, как ты.
- Мы ещё посмотрим, кто здесь ничтожество.
Джинна услышала треск ткани, потом - изумленный крик Алексис.
- Что ты делаешь? Ты порвал мое платье!
- Почему ты не зовешь полицию? - Том засмеялся.
- Не приближайся ко мне.
- Попробуй остановить меня.
Джинна услышала быстрые шаги, что-то опрокинулось, зазвенело разбившееся стекло. Том схватил Алексис.
- Отпусти меня! - закричала она, отбиваясь от него, пытаясь вырваться.
- Так тебе будет удобнее.
Снова треск. Джинне показалось, что он разорвал платье сверху донизу. Девушка оцепенела.
- Варвар! - закричала Алексис.
Джинна догадалась, что крик матери был оборван настойчивым и нежелательным поцелуем. В течение нескольких следующих секунд девушка слышала лишь приглушенные звуки борьбы между нападавшим и его жертвой. Они оба дышали тяжело, учащенно. Алексис ахнула. Том вскрикнул от боли. Что-то массивное упало на пол.
Джинна больше не могла это выносить. Заставив себя подняться со стула, она решительно вошла в гостиную. Сначала они её не увидели, будучи слишком поглощенными любовью. Том лежал на обнаженной Алексис, обхватив губами её правый сосок и держась обеими руками за ягодицы женщины. Длинные черные волосы Алексис рассыпались веером по ковру. Ее глаза были закрыты, все признаки сопротивления окончательно исчезли. Похоже, Алексис блаженствовала.
- Видел бы вас сейчас мой отец, - произнесла Джинна, глядя на двух самых ненавистных ей людей на свете.
42
