В несколько шагов он сократил расстояние между нами и притянул в объятия. Он прижался лбом к моему, его дыхание было теплым и сладким у моей щеки. Я закрыла глаза и вдохнула его знакомый запах, вдыхая его самого. Сердце болезненно защемило, а каждая клеточка жаждала быть с ним.
Я таяла рядом с ним, становясь слабой. Так много можно было сказать. Сделать. Но я не хотела ничего, кроме его сильных, крепко обнимающих и прижимающих к себе рук.
Любая причина, по которой я убеждала себя держаться от него подальше, становилась бессмысленной.
— Ты имеешь в виду, что у меня есть надежда? — спросил он с тихим отчаянием. — Прошу, малышка, скажи мне, что ты хочешь меня вернуть и я твой. — Его руки нашли мое лицо. — Скажи мне, что ты моя или... — он поморщился от боли. — Я не могу продолжать делать это. Это убивает меня. Каждый раз, когда я вижу тебя, я умираю внутри. Скажи мне, что любишь меня или освободи меня.
Между нашими губами почти не было пространства. Всего лишь немного приподнять подбородок, и наши губы встретятся в поцелуе, который я отчаянно хочу почувствовать. Его дыхание казалось мягким шепотом на моих губах и, прежде чем я смогла остановить себя, я наклонила голову так, что мы почти соприкоснулись.
Дверь «Сахарной Лачуги» открылась и разрушила чары.
— Хит?..
Я обернулась и увидела девушку из бара, стоящую в дверном проеме, одетую в немного более насыщенный цвет, чем обозленное выражение ее лица.
И все те доводы держаться подальше от Хита проявились во всей красе.
В этот момент она в себе вмещала все, чего я боялась. Она представляла каждую девушку, каждую поклонницу, каждого едва одетого дьявола, который встанет между нами в будущем.
Я не могла этого сделать. Боль была еще слишком свежей. Я посмотрела на девушку, прислонившуюся к дверному проему, как будто она шлюха Дикого Запада из пивной, и сделала шаг назад. Это было слишком быстро.
— Нет... — отчаянно прошептал Хит.
Сколько еще таких девиц мне придется терпеть, если я вернусь к нему?
Хит понял, о чем я думала и что произойдет, потому что он начал трясти головой.
— Малышка, не... — просил он.
Мой голос сорвался, когда комок застрял в горле.
— Считай, что ты свободен.
Он сделал шаг назад, будто я ударила его. Агония на его лице сменилась отчаянием.
— Опять? — сказал он с подозрением. — Ты снова отвергаешь меня?
Я хотела крикнуть «нет», но я снова должна защитить свое сердце.
Он глубоко вздохнул, и его ноздри раздувались, когда он, закусив нижнюю губу, медленно провел по ней зубами. Я видела, как внутри него столкнулись боль и гнев. Если бы я ударила его кувалдой, то ему было бы не так больно.
Он шагнул вперед, а его глаза светились гневом.
— Ты освобождаешь меня? — он едва сдерживался. — Вот так просто? Зная, как я к тебе отношусь? Зная, как сильно я тебя люблю? Зная, как сильно это меня ранит? — он смотрел на меня, и я видела закипающий в нем гнев. Он шагнул ближе. Он был в ярости, и когда он говорил, его голос был опасно низким. — Прекрасно. Ты больше не хочешь меня? Ты хочешь освободить меня... прекрасно! Я свободен. — Он ударил себя в грудь. — С меня хватит. Ты слышишь? С меня хватит. Тебе больше не придется беспокоиться, что я испортил твою жизнь!
Я увидела ухмылку у пивной шлюхи у двери, и мой гнев взял верх надо мной.
— С нами было покончено в тот момент, когда ты засунул свой член в другую! — крикнула я ему прежде, чем повернуться и убежать прочь.
Я плакала всю дорогу домой, потом залезла в душ и плакала еще больше. Я плакала потому, что с нами было покончено и потому, что он сломал нас. Я плакала, потому что мы снова орали друг на друга, а затем разорвали наши отношения. Я плакала, потому что мы были обречены, несмотря на то, как удивительно я чувствовала себя, находясь рядом с ним.
Но в основном я плакала, потому что скучала по нему и любила его так чертовски сильно, что это причиняло боль. Я не хотела, чтобы это закончилось. Я хотела, чтобы было как раньше, прежде чем он вырвал мое сердце и разбил его.
Но вы не можете отменить сделанное.
И вы не можете взять обратно произнесенные слова.
Мысленный образ, что он от злости трахал девушку из бара, послал еще одну волну боли сквозь меня. Я не хотела, чтобы другие девушки лапали его. Он принадлежал мне.
Нет.
Больше нет. Мы только что выяснили это. Я не могу простить его за то, что он облил бензином нашу любовь и поджег ее.
Чувствуя себя несчастной, я даже не сняла полотенце с волос перед тем, как забраться в кровать и спрятаться под одеялом.
Когда Бриджет вернулась домой и открыла дверь в спальню, я притворилась спящей.
Но сон для меня был недосягаем.
18 глава
ХИТ
