- Давай ты за руки я за ноги. На кровать его отнесем, а потом решим.еще, кабана такого таскать. Слышь, давай его обратно отправим. Сейчас Надька с Любкой придут, а у нас тут этот, человек. Увлекшись спором Счастье и Высший разум не заметили, что Павел открыл глаза и сейчас с большим интересом рассматривал их. Посмотреть было на что. Персонажи оказались очень колоритными - огромный мужик в дорогом халате и китайских резиновых шлепках, обутых на босу ногу сорок пятого размера и лысоватый дрищ в сандалиях, надетых на черные, слегка дырявые носки и бесформенной хламиде, сильно смахивающей на не очень свежую простыню. Здоровяк первым увидел, зырящего на них во все глаза Пашу и дернул дрища за простыню, привлекая его внимание и одновременно сарделькоподобным пальцем показывая, что за ними наблюдают.
-Б@я, он нас видит - взвизгнул дрищ и поманил здоровяка за собой. - Пойдем ка, поговорим, что с ним дальше делать решим.
- Чего это вы - возмутился Павел - я тоже хочу в разговоре участвовать, вы ж мою судьбу решать будете.
- А чего ее решать то? Организую тебе амнезию, да назад верну. Делов то - ответил ему задохлик в простыне.
- Давай, хоть частичную. А то знаю я тебя, увлечешься, вообще дураком его сделаешь - заступился за Пашу здоровяк голосом Счастья.
- Не хочу я никакую амнезию. И вообще, где я? Я что, умер?
-Слушай, Паш, ты б не спорил с моим начальством. Он этого не любит, а сейчас мы с ним поддали маненько, так он пьяный вообще дурной - прошипело огромное Счастье Паше на ухо.
- Сам дурак - обиделся высокопоставленный дрищ. - Ну, зачем тебе помнить то, про то, что здесь было. Все равно ведь никто не поверит. В дурку тебя упекут и адьос мучачос.
-Так, Вы Бог? - ошарашенно спросил Павел. В его представлении Бог должен был выглядеть иначе. А тут это мелкое недоразумение
- Счастье скажи, а с девушкой все хорошо? Она не пострадала?
- Да нормально все, успели мы. Тебя вот только не уберегли. Но твое счастье спасли.
- А Госпожа?
- И с ней все хорошо. Нервишки немного подлечит и как новенькая будет.
-Ну, все выяснил? Бог не Бог я, но тоже не хрен собачий. Ладно, частичную так частичную. Давай быстрее заканчивать - заторопился Высший разум, а по совместительству начальник Счастья, услышав трель дверного звонка - Надежда с Любовью пришли. Эй, Счастье доставай шампанское из холодильника. Ох и бабы я тебе скажу, огонь. Тебе, Паш, такие и не снились. Ну, все, бывай. Сейчас немножко щекотно будет.
Высший разум подошел к Паше, приложил к его лбу два пальца, и Павел полетел. Ощущение полета было не долгим, а потом его с головой накрыла боль, стирая из сознания образы и воспоминания.
ГЛАВА 10
- Пап, смотри, у него веки дернулись - обратилась сидящая у кровати оплетенного проводами и трубками Паши девушка к импозантному мужчине с льдисто - голубыми глазами.рефлексы - отец не хотел давать дочери бессмысленную надежду. Прогнозы врачей были неутешительными.- Полечка, иди, поспи, а я тут посижу. От тебя все равно ничего не зависит. - Нет. Я уйду, а вдруг он очнется.
- Полина, вы ведь не знакомы даже - разозлился отец.- Персонал за ним, как за родным ходить будет. Я им столько денег отвалил, всю больницу три раза купить можно. Ты ела когда, в последний раз? Парень то испугается тебя увидимши. Кожа да кости.
Девушка сидела у постели Павла уже семь дней. Она не могла объяснить ни себе, ни отцу влечения к этому не очень красивому, но почему то такому близкому и родному парню. Увидев его в первый раз, когда он покупал лотерейный билет, она так и не смогла выкинуть его из головы. А теперь он лежит неподвижный, из - за нее, и она ничем не может ему помочь.
- Никуда я не пойду - твердо сказала она - не все можно купить за деньги.
- И поэтому ты никогда меня не слушаешь? Работа эта твоя дурацкая. Неужели я тебя не прокормлю? Я ж матери обещал беречь тебя и чуть не потерял. Хорошо Вершков этот в нужное время в нужном месте оказался.
Отец Полины воспитывал девочку сам. Жена умерла, когда дочери исполнилось пять лет, взяв с него обещание, что он сбережет ее. И он свято держал свое слово. Дочь была для него светом в окне. Он не женился больше, полностью посвятив себя Полине и работе. Его компания была его вторым ребенком. Все, что он делал, было для дочери. Но в душе он очень гордился самостоятельностью и упорством Полины. Она росла беспроблемным ребенком. С отличием окончив школу, она сама, без его протекции, легко, словно играючи поступила в институт и нашла себе подработку в этом идиотском лотерейном ларьке. И сейчас, представляя свое сокровище, свою малышку под колесами пьяного обезумевшего морального урода, его сердце словно сжимала ледяная рука. Поэтому он был готов отдать за этого, незнакомого ему, Пашу Вершкова все, что у него есть. А еще, он поверил в провидение. Мог ли он представить, что, распекая нерадивого служащего, он заведет такой механизм, способный разрушить его собственную жизнь. Да- да, именно отец Полины был начальником, устроившим разнос Валерию Павловичу.
