Мой взгляд скользит по интерьеру к стеклянным окнам, за которыми в каждом из залов проходят различные занятия. Мое внимание возвращается к боксерскому рингу, где появляются двое мужчин. Я не особо люблю драки, но в одном из парней есть что-то такое, что привлекает мое внимание. Мой взгляд осматривает все его тело, его невероятно подтянутое тело. Черт, у него аппетитный пресс. Я вздрагиваю, когда он получает удар по лицу. Но парень почти не вздрагивает. Он просто качает головой и улыбается своему противнику.
— Люси, привет.
Я поворачиваю голову к потрясающей рыжей девушке, которая выкрикнула мое имя с другого конца комнаты. Она подбегает ко мне с огромной улыбкой на лице. И прежде чем я успеваю что-то сделать, чтобы остановить ее, она обхватывает меня руками и заключает в объятия.
— Боже мой, не могу поверить, что ты вернулась. Ну, то есть, могу, но знаешь... — Она отпускает меня и мгновение смотрит мне в глаза, хотя я не совсем понимаю, что она там видит.
— Э-э, привет, — неловко говорю я.
— О черт, — ругается она себе под нос и переводит взгляд на ринг, а затем обратно на меня. Я прослеживаю за ее взглядом. Двое мужчин прекратили драться и оба смотрят прямо на меня. Но одного парня я, вроде бы, знаю. Он кажется мне знакомым. Это ведь он был в моей больничной палате, когда я очнулась.
— Кто это? Тот, который выглядит так, будто кто-то переехал его любимую кошку? — Спрашиваю я рыжую.
— Это мой кузен, Дом. Не волнуйся, он безобидный, — говорит она. — В основном. А я – Хоуп. Мы встречались раньше... — Кажется, она не знает, что еще сказать.
— Дом? — Повторяю я его имя, отвечая на пристальный взгляд парня. Если когда-либо и существовал взгляд, способный поджечь все мое тело, так это тот, которым он одаривает меня прямо сейчас. Я отвожу взгляд и возвращаю свое внимание Хоуп. — Прошу прощения. Я нашла этот брелок в своей квартире. Я... А… Я попала в аварию и, кажется, не помню, что происходило последние несколько месяцев. Я даже не помню, как ходила в спортзал. Ты не знаешь, что я здесь делала? — Спрашиваю я, молясь, чтобы это не прозвучало слишком странно.
— Мне очень жаль, но я действительно рада, что с тобой все в порядке и что ты вернулась. Ты ходила на занятия по самообороне. Я – тренер.
— По самообороне? — Спрашиваю я.
— Да, и тебе это очень нравилось. Но не думай, что я заставляю тебя возвращаться. Приходи на занятия, когда будешь готова. Слушай, мне нужно бежать, но ты оставайся, осмотрись вокруг, — говорит она, после чего уходит в один из классов.
Я снова смотрю на ринг. Парень, от которого горит мое тело, сейчас направляется к мужской раздевалке. Я понимаю, что должна уйти, но, кажется, мои ноги движутся сами по себе, когда я иду за ним внутрь. К счастью, здесь больше никого нет. Я сажусь на деревянную скамейку и жду, когда он выйдет из душа.
Большая ошибка.
Кем бы ни был этот парень, он явно приносит одни лишь проблемы. С большой буквы П. От таких парней советуют держаться подальше. Но я не могу пошевелиться. Этот пристальный взгляд пригвоздил меня к месту. В темноте его глаз что-то таится. Не могу понять, что это, но я хочу утонуть в этом. Хочу утонуть
Мне действительно не следовало идти за ним в эту чертову раздевалку.
Глава 7

Этого не может быть. Если бы она помнила, то пришла бы ко мне домой, и, возможно, устроила бы мне взбучку за то, что я так ее бросил. Чего я, конечно, заслуживаю.
Прошлой ночью я совершил ошибку, придя к ней домой. Я так сильно хотел забраться к ней в постель. Поэтому я пришел в спортзал, чтобы выплеснуть свое разочарование. Но я никак не ожидал увидеть ее здесь.
Мне нужно поговорить с Хоуп и выяснить, почему Люси появилась здесь. То, как она смотрела на меня.… Я увидел знакомую похоть в ее глазах. Чего я не заметил, так это узнавания. Я не увидел той любви, которую она когда-то испытывала ко мне, того, как она видела меня настоящего и все еще хотела меня. Мне нужно увидеть это снова. Так или иначе, мне нужно найти способ вернуть то, что мы потеряли, то, что я убил.
Убил. Я убил то, что у нас было. Только я. Я единственный, кто виноват в том, что с ней случилось, и каким бы эгоистом я ни хотел быть, я должен ставить ее благополучие превыше своего собственного. Я не могу вернуть ее во тьму своего мира. Неважно, как сильно я нуждаюсь в ее свете.