Доминик встает с кровати и заходит мне за спину. Я оглядываюсь через плечо и вижу, как он опускается коленями на матрас. Моими порванными трусиками он связывает мои запястья. Затем он прижимает свои бедра к моим, и моя спина оказывается на одном уровне с его грудью. Его руки поднимаются вверх по внутренней стороне моих ног, а пальцы скользят между моих влажных складочек. Другая рука плавно поднимается вверх, пока не достигает моей правой груди. Кончиками пальцев он нежно массирует сосок.
— Черт. — Моя голова падает ему на плечо. Повернув лицо к нему, я ищу его губы. Доминик охотно отвечает. Он целует меня, его язык проникает между моих губ и кружит вокруг моего языка. Он вводит в меня два пальца. Я такая влажная, что они легко скользят внутрь.
Наши языки воюют, пока он вводит и выводит пальцы в ритме, который приближает меня к оргазму. Когда его большой палец начинает массировать мой клитор, я достигаю вершины и кончаю.
— Чертовски красиво, — говорит Доминик, прерывая поцелуй. Он убирает пальцы и подносит их ко рту. — Сладкая, как мед, Пчелка, — говорит он.
Я наблюдаю, затаив дыхание, как он слизывает с этих двух пальцев каждую капельку моих соков. Закончив, он прижимается к моей спине, пока я не выгибаюсь, задрав попку кверху. Одна его рука держится за материал, обернутый вокруг моих запястий, а другая лежит у меня на бедре. Я чувствую кончик его члена у своего входа... После чего он резко входит в меня до конца.
— А, блять! — Кричу я в матрас.
— Ш-ш-ш, ты правда хочешь, чтобы твой брат зашел сюда и увидел тебя в таком виде? — Доминик наклоняется и шепчет мне на ухо. Я качаю головой. — Я так и думал. — Смеется он.
Выпрямившись, он начинает входить и выходить из меня быстро, жестко, почти яростно. Я знаю, что завтра все еще буду чувствовать его при ходьбе, и эта мысль вызывает улыбку на моем лице. Никто не трахается так, как Доминик Маккинли. Этот мужчина явно желает впечатать свой член в стенки моего влагалища. И на это я не стану жаловаться.
— Черт возьми, мне нравится трахать тебя, — хрипит себя.
— Я хочу, чтобы ты кончил в меня, — говорю я ему.
Его тело замирает.
— Это плохая идея, Пчелка, — говорит он.
— Я принимаю противозачаточные. Все в порядке. Я хочу чувствовать тебя внутри себя, Доминик.
Он поднимает голову и смотрит в потолок.
— К черту это, — выдыхает он и переводит взгляд на меня. Затем он снова начинает двигаться.
Через несколько минут он теряет контроль, и я чувствую, как он кончает. Внутрь меня. Доминик выходит и развязывает мои руки. Я переворачиваюсь на спину и смотрю на него. Он смотрит на мою киску, наблюдая, как вытекает его семя.
— Блять, мне это нравится. — Ухмыляется он. — Я собираюсь трахать тебя как минимум три раза в день, чтобы твоя киска всегда была покрыта моей спермой.
— Ах, конечно, но может, сначала поспим? — Спрашиваю я его.
Доминик наклоняется и целует меня в губы. Этот поцелуй не быстрый и не страстный. Он медленный. В этом поцелуе вложена вся наша любовь друг к другу до последней капли.
Глава 33

Прошло две недели с тех пор, как я взорвал здание клуба Дьяволов Долины. В новостях сообщили, что все это произошло из-за давней войны банд. Больше не присылали никаких гребаных тюльпанов и никаких прямых угроз в адрес Люси тоже не было. Это не значит, что я не держу ее на расстоянии вытянутой руки, насколько это возможно. Я знаю, что вся эта ситуация начинает выводить ее из себя.
Думаю, со временем она научится любить это. Если нет, что ж, мне придется смириться с тем, что она злится на меня, потому что я не выпускаю ее из виду. Я пытался уговорить ее отказаться от сделки
Сегодня ко мне приедут папа, дядя Джош и Бри, чтобы помочь мне подготовиться к вечеру. Я хочу развесить гирлянды, фонарики и прочую хрень по всему двору. Я специально не давал Люси спать до утра, чтобы она проспала весь день, а у меня было время осуществить свои планы. Я мог бы просто нанять кого-нибудь, но мне нравится делать все самому. Ну, с помощью семьи.
— Ты думаешь, этого достаточно? — Спрашивает дядя Джош.
— Не знаю. Должно ли быть что-то еще? — Я хмурюсь, осматривая двор. Бри заканчивает работу над платформой, которую мы установили в саду, где лежит персидский ковер с различными подушками и прочим дерьмом, которое, по ее словам, у меня обязательно должно быть.
— Ты уже поговорил с адвокатами? — Спрашивает меня папа.
— О чем?
— Тебе нужен брачный контракт или что-то в этом роде. Если вы собираетесь жить вместе, то ты сильно рискуешь, ведь она может забрать у тебя все, — говорит он.
Я рычу, действительно рычу на него.
