И вот она смотрела на добродушного толстяка, сидевшего с нею рядом, и гадала про себя, в какой момент даст трещину ее привязанность к этому человеку? И не сегодня ли вечером он наступит, этот момент?..
Она решила занять время беседой, а заодно и отвлечься.
– Ну что, Давад, – сказала она. – Сколько знаю тебя, ты всегда в курсе всех самых забавных сплетен Удачного. Что же интересненького ты слышал сегодня?
Альтия рассчитывала на рассказ о каком-нибудь легком скандале, не более. У Давада все же были свои принципы, и распространением по-настоящему грязных кривотолков он не занимался.
Давад улыбнулся ее словам и самодовольно погладил выпирающее брюхо.
– Есть один занятный слушок, радость моя, – начал он. – Правда, Удачного он вроде бы прямо и не касается… Хотя если этот слух подтвердится, то последствия для всех нас будут такие, что и не вдруг расхлебаешь! – И он по очереди обвел попутчиц глазами: все ли слушают. – Это я прознал от одного «нового купчика». Он получил известие с почтовой птицей, прилетевшей из Джамелии…
И он умолк, похлопывая себя по губам указательным пальцем, как если бы в последний момент ему пришлось усомниться: а надо ли подобной вестью делиться.
Он явно напрашивался на уговоры, и Альтия немедля кинула ему кость:
– Рассказывай, рассказывай, не томи! Про Джамелию нам всегда интересно!
– Ну хорошо. – Давад откинулся на сиденье кареты. – Вы, я уверен, все помните о той достопамятной заварушке, что случилась зимой. Эти Хупрусы… ты уж не сердись на меня, Малта, я знаю, что за тобой приударяет их младший парнишка, но я говорю о политике Удачного, а не о любовных делах… Так вот, Хупрусы явились в Удачный от лица всех торговцев из Дождевых чащоб, желая поссорить нас с сатрапом. Я все пытался их урезонить, но… помнишь, Роника, какой гам стоял на том собрании? Кто кого перекричит!.. Ну ладно, порешили на том, чтобы отправить в столицу делегацию старинных торговцев и послать с ними наше старинное уложение, чтобы потребовать от сатрапа его исполнения. И как только им в головы стукнуло, будто рассыпающиеся от ветхости документы в наше время кого-то к чему-то еще обязывают?.. Ладно. Сказано – сделано, поехали. Их там вежливо приняли и пообещали, что сатрап рассмотрит их требования. И все!
Он вновь оглядел слушательниц, проверяя, смотрят ли они ему в рот. Новости были на самом деле с порядочной бородой, однако Альтия вежливо слушала. Малта смотрела в запыленное окошко кареты.
Давад наклонился вперед так, что живот начал мешать ему, и понизил голос, словно боясь, что кучер подслушает.
– Еще вы наверняка слышали, будто сатрап пообещал прислать в Удачный посланца. Вот мы и ждали его прибытия буквально со дня на день. Так вот… штука-то в том, что не будет никакого посланца. Нет! Вместо него едет сам сатрап, юноша, питающий душевную страсть к приключениям. Говорят даже, будто он приедет инкогнито, надежно переодетым, сопровождаемый лишь избранными Сердечными Подругами, но, естественно, с хорошей почетной стражей из калсидийцев. Якобы тем самым он хочет показать жителям Удачного, что он по-прежнему считает наш город столь же тесно связанным с сатрапией, как и любое собственно джамелийское поселение. Дескать, когда народ поймет, на какие тяготы он пошел ради этого путешествия, что претерпел, дабы сохранить верность Удачного, – этот народ не может не пойти на уступки ему… А что? Я считаю, он кругом прав. Когда последний раз правящий сатрап появлялся в Удачном?.. Уж всяко до нашего с тобой рождения, верно, Роника?.. Больше вам скажу: некоторые семьи «новых купчиков», прослышавшие о том же, о чем и я, уже изготавливаются давать такие балы и приемы, каких Удачный не знал со дня своего основания. Подумай только, Малта, какая блестящая пора наступает, а ты – свободная, непросватанная девица, да еще такая красавица! В общем, ты еще хорошенько подумай, прежде чем принимать ухаживание этого мальчика из Чащоб. Чего доброго, я маленько напрягу свои связи – да раздобуду тебе приглашение на бал, где ты, может, самому сатрапу на глаза попадешься…
Он сразу увидел, что вполне добился желаемого: потряс своих спутниц. Даже Малта попросту вытаращила глаза.
– Сатрап? Здесь, у нас?.. – недоверчиво выговорила ее мать.
– С ума он сошел, наверное. – Альтия поняла, что сказала это вслух, когда Давад к ней обернулся. Пришлось объяснять: – Я к тому, что путешествие долгое и небезопасное. Предпринимать такое по первому движению души?..
– Как бы то ни было, он уже в пути. Вот только слух успел его обогнать… Однако ни слова об этом никому, вы меня поняли?
Вряд ли он серьезно рассчитывал, будто они посчитаются с этим предупреждением. Просто у него была давняя привычка заканчивать этими словами любую сплетню, которую он передавал.
Альтия еще раздумывала об услышанном, когда кучер осадил лошадей. Карета подалась вперед, потом ее мотнуло назад.
