Конкурс проводился в номинациях «Куй года» – для быстро раскрученных исполнителей, «Они едят наше сало» – для исполнителей из бывших советских республик, «Без Баха в голове» – за плагиат года, «Оральная певица года» – для наиболее скандальных исполнителей и «Звезда без мандата» – для деятелей культуры, которые хотели стать публичными политиками, но так и остались просто публичными.
Лада Воронец победила в номинации «Оральная певица года», обойдя хриплоголосую Машу Распутину и одетого в женское платье Шуру, за что и получила на трибуне-унитазе свой приз «Нейтрализатор выхлопных газов».
После того как Лада стала лауреатом «Платиновой калоши», обойденные фортуной завистники пустили про нее полную яда «утку»: «Лада Воронец собирается дать бесплатный концерт для голодающих детей Африки. Правильно! Пусть дети Африки узнают, что есть вещи, пострашнее голода!»
Певице было глубоко плевать на происки завистников и недоброжелателей. Она была великой и скандальной Ладой Воронец. Этим было сказано все.
Лада задумчиво посмотрела на осколки «Нейтрализатора», прикидывая, стоит ли их убирать. Подметать ей было лень, пылесосить – тем более.
«Домработница придет – уберет», – решила Воронец.
Больше всего на свете ей сейчас хотелось нюхнуть кокаина.
«Я не наркоманка, – сказала себе Лада. – Я прекрасно могу обойтись без наркотиков. У меня железная воля. Если я только захочу…»
Порывшись в стопочке дисков, она выбрала «Dismember» и включила музыкальный центр. Первая песня называлась «Отвратительное ремесло». Подпевая, она автоматически переводила про себя английский текст на русский язык.
В голове прояснилось. Нервная система автоматически откликнулась на завораживающе-ритмичную, бьющую по ушам музыку эмоциональным всплеском. Жар, зарождающийся в груди и животе, растекался по телу, наполняя его возбуждающей агрессивной силой. Ощущение силы и всемогущества. До чего же оно прекрасно!
Певице казалось, что это она чувствует на своих руках горячую сладковатую кровь расчленяемого человеческого тела, что это она обладает божественной властью над жизнью и смертью, над страданиями и блаженством.
Подпевая все громче, накручивая себя все сильнее и сильнее, Воронец стремительно уносилась ввысь на крыльях экстатических ощущений. Именно так она любила чувствовать себя на сцене. Изливающиеся из нее в зал раскаленные докрасна эмоции заражали зрителей, заставляя их вслед за певицей взрываться изнутри, вибрируя и задыхаясь от неконтролируемых всплесков мучительной и сладостной сексуально-чувственной агрессии.
Лада начинала с лирических любовных песен в стиле приторно-сладкого, как липкая сахарная вата, «Ласкового мая». Вовремя и удачно переспав с нужными людьми, она протолкнула на телевидение пару клипов. О ней заговорили. У нее появились фанаты, но фанатов было немного, да и средства массовой информации упоминали о ней далеко не так часто, как ей хотелось бы.
Воронец поняла, что ей необходимо радикально сменить имидж, стать более яркой, скандальной и раскованной, настолько яркой, скандальной и раскованной, чтобы ее было просто невозможно не заметить. Менять имидж следовало не резко, а постепенно, иначе она рисковала оттолкнуть от себя поклонников застенчивой и романтичной рыжеволосой девочки, наивно-тоненьким голоском поющей о любви.
