- Кроме того, обер-боцман Фалькенберг известный спортсмен, - сказал Абст. - Два года подряд он был призером чемпионата страны по плаванию.
Кан отступил на шаг, с уважением оглядел пловца.
- Подумать только, адмирал Редер уступил мне такое сокровище! - воскликнул он.
- Этого добился корветен-капитэн Абст, - сказал Фалькенберг улыбнувшись. - Это он перехитрил моих командиров. И еще у нас говорят…
- Продолжайте, - потребовал Кан, - продолжайте, обер-боцман, выкладывайте все, до конца!
- И еще у нас говорят так: корветен-капитэн Абст воспитывался в школе Фридриха Кана!
Все пловцы рассмеялись. Кан тоже.
- Где же вы проходили первоначальную подготовку? - задал он новый вопрос.
- «Сила через радость». Гамбургский филиал. Я провел там более трех лет.
- Великолепно! - воскликнул Кан. - Я вижу, корветен-капитэн Абст собрал здесь цветник. Клянусь богом, с такими парнями можно брать штурмом резиденцию самого сатаны!
Он смолк, собираясь с мыслями. И вдруг спросил:
- А кто здесь Шустер?
- Я обермаат Йозеф Шустер! - раздалось с противоположного конца строя.
Кан обернулся на голос:
- Вон вы где!… Ну-ка, выйдите вперед, чтобы я мог взглянуть на человека, который так ловко провел меня. Выходите, пусть все посмотрят на вас!
Из строя шагнул здоровенный пловец с вытянутым лицом и чуть кривыми ногами. Его тяжелые руки были так длинны, что казалось, достают до колен. Пловец сутулился, смотрел исподлобья. Все это делало его похожим на большую обезьяну.
- Ну и ну! - воскликнул Кан. - Меня трудно удивить, но вы, Шустер, добились этого. А на вид кажетесь таким простодушным. - Он обратился к Абсту: - Этакий безобидный увалень, не так ли?
Шустер стоял и растерянно глядел на начальника.
- Выкладывайте же, как вы всё сделали! - потребовал Кан. - Говорите громче, чтобы я не пропустил ни слова!
- Право, не знаю, что вас интересует… - нерешительно пробормотал Шустер. - Боюсь, что вы ошиблись и принимаете меня за другого.
Кан сердито упер руки в бока.
- Я ценю скромность, но это уж слишком! - вскричал он. - Можно подумать, что это не вы в компании с Глюком утащили руль моего катера!
Шустер раскрыл рот. Он был испуган.
Наступила тишина. И в ней прозвучал резкий голос Абста:
- Шустер, отвечайте!
- Но я не знаю, о чем идет речь, - пробормотал пловец.
- Как это не знаете? - Кан подошел к нему вплотную. - Что вы делали на озере минувшей ночью?
- Я не был на озере!
- Где же вы находились?
- Спал. Спал, как и все остальные. Спал всю ночь напролет в кубрике, от отбоя и до подъема!
Последнюю фразу Шустер выкрикнул дрожащим от волнения голосом. Он стоял, тяжело дыша, покусывая нижнюю губу.
Кан медленно повернулся к Абсту. Тот не сводил глаз с Шустера. Можно было подумать, что этого пловца он видит впервые.
- Обермаат Йозеф Шустер прошлой ночью работал под водой вместе с штабс-боцманом Глюком, - сказал Абст. - Он выполнял задание, действуя против катера.
- Нет, - возразил Шустер, решительно тряхнув головой, - нет, я был в постели! Клянусь, я спал и ни в чем не повинен!
- Глюк! - повысил голос Абст.
Вызванный шагнул из строя.
- Говорите!
- Обермаат Йозеф Шустер работал вместе со мной, - твердо сказал Глюк. - Нас было трое на озере: Шустер, Руприх и я. Мы атаковали катер, в котором находился господин Фридрих Кан.
Румяные щеки Кана потемнели. Он достал платок, вытер им лицо, сунул платок в карман и вновь оглядел строй. Он видел: пловцы озадачены, кое у кого в глазах мелькают веселые искорки.
- Руприх! - резко выкрикнул он.
Третий пловец вышел из строя, со стуком свел каблуки.
- Я матрос Конрад Руприх!
Кан посмотрел на него. Руприх был озадачен, растерян не меньше, чем Шустер.
- Так, так! - гневно проговорил Кан. - Вы, я вижу, тоже сейчас заявите, что провели ночь в объятиях Морфея и ничего не знаете?
Руприх растерянно молчал.
- Отвечайте начальнику! - потребовал Абст.
- Это правда, я спал, господин корветен-капитэн, - сказал пловец. - Мы втроем живем в одном кубрике - обермаат Шустер, штабс-боцман Глюк и я. - Теперь Руприх глядел на Фридриха Кана и адресовался к нему. - Мы давно дружим. Наши койки рядом. В столовой едим за одним столом… Отбой был, как обычно, в двадцать два часа. Мы легли вместе, я это хорошо помню. Мы уже были в койках, когда в кубрик зашел корветен-капитэн - он часто наведывается к пловцам… Вот и всё. Я спал как убитый. Утром, когда проснулся, на койках находились все трое.
- И штабс-боцман Глюк?
- Я первый открыл глаза, а он еще спал. Храпел так, что дребезжали стекла иллюминаторов. Все это правда, могу поклясться!
