А в это время Карцов, устроившись в расщелине, что расположена под водой, в стороне от трапа, наблюдает за поверхностью лагуны. Он видел, как дважды нырял Глюк, как потом он исчез, взобравшись по трапу. Через минуту-другую немец спустится уже с дыхательным аппаратом. Тогда от него не скроешься.
Пора всплывать.
Не снимая шлема, он отстегивает лямки респиратора. Раскрыт аварийный замок пояса, и брезентовый ремень со свинцовыми пластинами запихан в расщелину. Теперь следует выпустить кислород из резинового мешка, иначе респиратор всплывет… Так, хорошо. Аппарат с опавшим воздушным мешком уложен под грузами. Но Карцов еще в шлеме. Последний вдох. Из мешка высосаны остатки кислорода. До отказа перекрыты вентиль и кран респиратора. Теперь аппарат может лежать в воде сколько угодно.
Карцев оглядывает расщелину, фотографируя в памяти свой тайник, и рывком сдергивает шлем.
Сильный толчок ногами выносит его далеко в сторону. Дальше, еще дальше от расщелины, где запрятан драгоценный дыхательный аппарат с почти нетронутым запасом кислорода…
Немцы с тревогой вглядываются в безжизненное лицо врача. Он всплыл, когда его уже не ждали: на мгновение показался на поверхности, что-то крикнул, вновь погрузился. Глюк кинулся за ним, настиг на глубине, захлебнувшегося, схватил за волосы.
Пострадавший лежит без движения. Глюк подставляет ему под живот свое колено — разумеется, врач наглотался воды, надо очистить желудок, легкие. Но тот вздрагивает и открывает глаза.
— Пронесло, — облегченно бормочет рыжебородый. — А ну, уложи его поудобнее.
Вальтер опускает Карцова на скалу, под затылок запихивает сверток одежды.
— Выкладывайте, что с вами стряслось? — требует Глюк.
— Не знаю… Упал с трапа, погрузился. Видимо, глубоко: сильно сдавило уши. Тут-то и началось. От страха потерял мундштук. Ищу его ртом, задыхаюсь и не могу нащупать. Наконец стиснул зубами. Вот он, кислород! Глотнул разок-другой и — стоп.
— Прекратилась подача? — допытывается Глюк.
— Тяну всей грудью — и ничего.
— Минуту! Воздух при выдохе носом травили?
— Не помню. Кажется, да. В шлем попала вода, я и хотел…
— Хотели, хотели! — Глюк гневно потрясает кулаками. — Черт бы вас побрал, дурака! Выбрали из мешка весь кислород и ничего не добавили из баллона. Высосали воздух и удивляетесь, что нечем дышать! А клапан на что? Зачем на редукторе клапан, я спрашиваю? Пальцем его надави — и снова полный мешок. Учишь вас, учишь…
— Спаниковали, доктор. Решили, что погибаете, — вставляет Вальтер. — Сорвали шлем, сбросили аппарат, пояс с грузами и наверх, как заяц. Так?
— Да… Мне очень жаль.
— «Жаль»! — Вальтер качает головой. — Утопили респиратор, а нам отвечать. Что мы скажем шефу?
— Лагуна мелководна, и, если позволите, я сам…
— Опять «сам»! — в бешенстве кричит Глюк.
— С вашей помощью…
— Послушайте, доктор, не мелите чепухи! — Глюк со злостью швыряет окурок. — Какая, по-вашему, здесь глубина?
— Ну, метров пятнадцать.
— «Пятнадцать»! — передразнивает Вальтер. — А четыреста футов не хотите?
— Да, ровно сто двадцать метров, будьте вы прокляты! — Глюк полон презрения. — Ну, еще не раздумали идти на грунт?
Карцов смущенно молчит.
— Ладно. — Рыжий еле сдерживается. — Отправляйтесь к себе, доктор. И не сболтните шефу о респираторе — будет и вам и мне. Поняли?
Карцов встает.
— Держите! — Глюк швыряет ему брюки и свитер.
Войдя в туннель, Карцов одевается. Затаившись за камнем, он ждет: вот-вот в лагуне появится Абст.
Минут через двадцать в центре подземного озера всплывает буксировщик. За его кормой две головы в шлемах.
Буксировщик причалил. Прибывшие взбираются по трапу.
Первый из них — Абст.
Вальтер хлопочет возле второго, помогая ему отстегнуть грузы и снять респиратор.
Шлем снят.
Карцов отступает в глубь туннеля. Ему кажется, он галлюцинирует. Спутник Абста — это офицер с линкора, тот самый представительный лейтенант, у которого странная манера облизывать сигарету перед тем, как закурить!
Проходят секунды. Нет, пожалуй, это только внешнее сходство, успокаивает себя Карцов: лейтенант был повыше ростом, грузнее, иначе держал голову.
Сердце бьется ровнее. Теперь он почти убежден, что страхи были напрасны.
Но вот Глюк протягивает гостю портсигар. Тот берет сигарету, подносит к губам и дважды проводит по ней языком.
Марта лежит в постели, обессилев от пережитого.
Сегодня она определенно почувствовала, что может двигать ногами. Сперва пошевелила ступнями, стала сгибать колени. Спустя полчаса попыталась подняться.
И она встала!
Правда, ее качало из стороны в сторону. Однако, вцепившись в спинку кровати, она сделала шаг, и другой, и третий…
Кто-то идет по коридору.
Ришер поднимается на локтях, прислушивается. У нее теплеют глаза.
Еще недавно о новом враче она думала с ненавистью. Теперь в долгие часы одиночества Марта старается припомнить каждое его слово, «увидеть» его жесты, походку. Она ловит себя на том, что мысленно беседует с ним, порою спорит, выговаривает ему за какие-то пустяки…
Входит Карцов. Он озабочен, рассеян. Едва кивнув пациентке, быстро идет к тумбочке, где у него медикаменты.
