Его тон недовольный, он ругает меня, но это никак не вяжется с его счастливой улыбкой и блеском в глазах. Я ладонью глажу его щёку с непривычной для него недельной жесткой щетиной. Это так необычно, что я бездумно продолжаю гладить его скулы и подбородок, временами щиплю кожу, оттягивая, словно могу оторвать назревающую бороду. Она не может быть настоящей.
– Что с тобой произошло? Как ты отрастил такое за день? – спрашиваю я.
Назари с трудом отцепляет мои руки от себя, помогает подняться с холодного пола и медленно ведёт к дивану в центре комнаты. Колени вначале подгибаются при каждом шаге, но постепенно походка становится более уверенной, однако без поддержки в качестве руки друга я бы всё равно упала.
– Вот об этом нам нужно поговорить, – Анис сажает меня на подушки и зажигает несколько светильников. – Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
– Нет. Со мной всё хорошо, только тело не слушается. Даже руки, – я с непривычным трудом поднимаю правую руку, сжать пальцы в кулак получается далеко не сразу.
Анис треплет меня по спутанным волосам, садится в кресло напротив, ещё пару раз как заведённый спрашивает о моём состоянии, но затем начинает рассказывать. Я забываю дышать, слыша, что спала около трёх недель. Назари рассказывает по существу, излагает факты без лишних эмоций, и я благодарна ему за это. Однако Анису и не нужно описывать, как они пережили произошедшее, я и так догадываюсь.
Он рассказывает про Юна, но я не плачу, потому что всё внутри цепенеет, и пока я не могу осознать произошедшее. Только новость о том, что Шиун поправился, приносит облегчение. Внимательно выслушиваю рассказ про поиски Айлы, про бесполезность Демьяна и про демонов, которые теперь рыщут по всему Континенту. Даже в кратком изложении рассказ занимает чуть больше часа.
– Где остальные? – спрашиваю я, вновь оглядывая комнату, будто они могут прятаться в тенях.
– Дарен здесь, мне его позвать? – Анис привстаёт с места, но под моим тяжелым взглядом нехотя садится обратно.
– Где Даян? – с нажимом уточняю я.
Возможно, моё тело ослабло, но сознание полностью ясное, и во мне накопилось столько тьмы, что я буквально ощущаю, как она клубится под кожей, натягивая мои мышцы.
– Они в Исаре, – моментально сдаёт своего короля Анис. – Пытаются вытащить детей Алисии и вычистить дворец от каиданцев, чтобы Исар перестал стоять у нас на пути к Айле.
– Кто «они»?
– Даян, Рушан и Самия. С ними ещё было несколько солдат. Они скорее для зачистки, основное на плечах нашей семьи. Нельзя, чтобы дети пострадали.
Анис более не улыбается, он упирается локтями в колени и трёт ладони, разглядывая ковёр под ногами.
– Когда они ушли, Анис?
– Где-то за пятнадцать минут до твоего пробуждения. Значит, сейчас прошло почти полтора часа. Даян сказал выждать три и потом…
– Плевать, что сказал мой брат, – перебиваю я.
– Он всё-таки король, Ойро, – бубнит друг, но я знаю, что Анис сам борется с желанием сорваться с места.
– Будто мы когда-либо были послушными, мой преданный Назари, – я насмешливо наклоняю голову.
Из всех троих Назари именно Анис не просто поддерживал мои выходки, но ещё и часто участвовал в них сам. Мы не раз устраивали розыгрыши остальным, хохоча, когда шутка удавалась. Пару раз он отлавливал меня при попытке бегства из дворца. Ничего дурного я не планировала, просто скрытая жизнь временами слишком сильно давила и хотелось выбраться хоть куда-нибудь. Увидев мою тщетную попытку перелезть через стену впервые, Назари меня не отругал.
Мы весь день бездельничали в пустыне на любимом оазисе Аниса, собирали финики с пальм и часами следили за лисами фенеками, а после кидали съедобные корешки тушканчику, выманивая того из укрытия. По возвращении Анису сильно влетело от моих родителей, Азара и Дария. Его заставили неделю бегать по пескам под горячим солнцем. Я посчитала это несправедливым, так как меня наказывать не стали, а споры и попытки защитить друга закончились ничем. В итоге я заупрямилась и присоединилась к Анису. Следом подтянулись Рушан и Самия. Так мы и пробегали вчетвером, выказывая друг другу поддержку. Точнее, Назари бегали, а я по большей части устало плелась, нарезая вдвое меньше кругов, чем они. Я тогда была мала и слаба, а длительный бег по песку оказался делом не из лёгких. Айла и Даян забавлялись, наблюдая за нашим неудачным протестом.
Сейчас Анис напряжённо молчит, не в состоянии принять решение. Тогда я рассказываю ему о шепоте теней, что заставили меня проснуться. Взгляд Назари становится более внимательным, он выискивает в моём поведении намёки на обман или притворство, но я не лгу.
– Мне не нравится, что они ушли втроём… – аккуратно соглашается друг.
Я поднимаюсь, опираясь руками на спинку соседнего кресла, силюсь выпрямиться, чтобы придать уверенности и веса своим словам.
