– А мои бабки? Пусть сгорят? Конечно, не из твоего же кармана… Слушай, а давай так: я помогу добить Аржо, шепну кое-что интересное нужным людям, а Шипу эти люди объяснят, что если он хочет гарантированно утопить Аржо и избавиться от него, нужно выплатить его долг мне. Я и перед сообществом буду поддерживать Шипа, мое слово много весит, ты сам знаешь.
– Ну вот, слышу, наконец, хоть что-то конструктивное. Можешь ведь, когда хочешь, Мародер. Буду думать.
Лиана Гнездилова смотрела непонимающими глазами, в которых медленно проступало осознание только что услышанного. Насте Каменской потребовался почти час расспросов и уговоров, чтобы убедиться, что Лиана не склонна к излишней откровенности. Да, она какое-то время назад пыталась найти младшего брата своего мужа. Да, приезжала к Максиму Викторовичу, спрашивала о Леониде. Нет, больше с Веденеевым не контактировала, искать Леонида передумала. Почему передумала? Это ее личное дело, семейное, никого не касается. Нет, с сыном Максима Викторовича больше не общалась, только познакомилась, когда приезжала, чаю вместе попили. Нет, имени Андрея Кислова никогда не слышала. И о книге Кислова не слышала тоже.
Пришлось сказать ей о нападении на квартиру Веденеевых. Реакция Лианы оказалась такой, что ни в каких признаниях больше не было нужды. Сперва глухое молчание, потом трясущиеся руки и судорожно бегающий взгляд, словно ищущий спасительный якорь.
– Воды? – участливо спросила Настя.
– Телефон… – пробормотала Лиана. – Где мой телефон? Я позвоню… позвоню Косте…
– Лиана, он в коме, – мягко проговорила Настя.
– Где мой телефон? – истерически выкрикнула Лиана, продолжая шарить глазами вокруг себя.
– Ему нельзя позвонить.
– Билет. Мне нужно купить билет. Я поеду к нему.
Лиана металась по комнате в поисках телефона, который нашелся в кармане ее джинсов. Настя терпеливо ждала, молча наблюдая, как женщина бьется в попытках зайти на нужный сайт и купить билет: от шока Лиана плохо соображала и никак не могла попасть трясущимися пальцами в нужные места на экране.
– Давайте я помогу.
Лиана покорно протянула ей смартфон.
– Поезд или самолет? – спросила Настя.
– Все равно. Лишь бы поскорее.
– Сегодня не получится, рейсов нет, а на поезд вы уже опоздали. Можно завтра. Бронирую?
– Да… Пусть завтра… Господи, Костенька…
– Купе или спальный?
– Все равно… что есть…
– Мне нужен номер вашей карты.
– Да… Сейчас…
Лиана вышла в прихожую, вернулась с сумкой, достала из кошелька несколько карт и протянула Насте.
– Платите с любой. Не могу сообразить, какая нужна…
Настя закончила оформление билета и увидела, что Лиана сидит, уперев локти в колени, опустив голову и закрыв лицо ладонями. Плечи ее вздрагивали, но не слышалось ни всхлипов, ни стонов. «Привыкла плакать так, чтобы никто не слышал, – подумала Настя, остро чувствуя внезапное сочувствие к этой женщине. – Привыкла все скрывать. Как же ей тяжко живется!»
Она подождала еще немного, потом ласково тронула Лиану за плечо.
– Наверное, теперь самое время ответить на мои вопросы, правда? Уже вечер, скоро, наверное, придет ваш муж. Давайте сделаем так, чтобы я успела уйти до его появления.
– Я умру без тебя, – жалобно шептала Лиана, крепко прижавшись к Виталию.
– Это же только на два месяца, – утешал он ее. – И не заметишь, как они пролетят. Завтра проводите меня, а через несколько дней отправитесь все вместе на юг, к морю, будете плавать, загорать, объедаться фруктами. Встретишь там какого-нибудь красавца-джигита, закрутишь с ним романчик, а обо мне даже и не вспомнишь.
– Да ну тебя! – обижалась Лиана и улыбалась сквозь слезы.
Шло лето 2000 года. Оба сдали летнюю сессию, Виталию предстояла двухмесячная практика в какой-то научной лаборатории в Петербурге, а его родители собирались в отпуск, и Светлана Дмитриевна предложила Лиане поехать с ними. А что такого? Отношения сына с Лианой давние, еще со школьных времен, девушка – официальная невеста, да практически жена уже, вопрос о свадьбе решен принципиально, условились только подождать, пока Виталий закончит учебу в вузе. Лиана и ночует у Виталия, и живет по нескольку дней у Гнездиловых, особенно когда семья выезжает на дачу.
