— Все на выход! — крикнул он, и горстка пикси на стойке заскулили от разочарования — Идите играть в колокольню или куда-нибудь еще! — добавил он, и жалобы стали восторгом. — Сегодня мы проводим время внутри! — добавил он, когда половина детей выскочила на улицу. — Вы меня слышите? Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас приставал к горгульям! Они могут нечаянно раздавить вас. Джриксибелл! Ты слышишь меня?
— Да, папа! — простонал маленький пикси, потом выскочил, сыпля ярко-красной пыльцой озорства.
— Спасибо, Дженкс, — сказала я с долгим выдохом, затем выглянула в окно на темный сад, глаза горгулий зловеще мигали. Старые горгульи казались огромными, находясь близко к земле, большие крылья, натянутые как паруса, отбрасывали тени. Неудивительно, что Дженкс загонял своих детей на ночь внутрь. Слегка напуганная, я промыла керамические ложки и отложила их в сторону, чтобы промокнуть соленой водой мой чан.
Рекс, которая спряталась под кресло, вылезла с широко открытыми глазами и прижатыми ушами от шума улетающих пикси, мяукая и прося ранний ужин. Крылья Дженкса начали светиться, когда он взлетел в воздух.
— Мне не нравится оставлять линии уязвимыми, но Ник не собирается показываться из-за этих горгулий. Они, вероятно, ненавидят Ку’Сокса больше, чем ты.
Я сделала кислую мину. Тот факт, что моя линия была единственной линией на американском континенте, которая не кричала, наверное, это имело какое-то отношение к тому, почему все они были здесь.
— Я не доверяю своим детям, — сказал Дженкс, когда он поднялся, гремя крыльями и потягиваясь. — Я буду на шпиле.
— Я присоединюсь к тебе, — сказала Белль, передвигая лук. — Я тоже не доверяю твоим детям.
Дженкс завис на месте, пыльца собиралась под ним.
— Хочешь, я отнесу тебя туда?
Потрясенно, я уставилась на него. Белль, тоже казалось, опешила от его предложения.
— Ты думаешь, что с-с-сможешь донес-с-сти меня, маленький человек?
— Тинкины панталоны, да.
Я пораженно смотрела, как Дженкс метнулся, подхватил ее сзади за талию, и поднял шипящую от восторга Белль. Крылья пели, когда они улетали через холл, линия серебряной пыльцы отмечала их путь.
— Богиня, ты более маневренный, чем я когда-либо, — услышала я, когда даже звук крыльев Дженкса затих.
— Да, — тихо сказала я, чувствуя себя хорошо. — Кто бы мог подумать?
Улыбаясь, я повернулась к раковине. Глядя мимо синих штор, куколки Ала, сгорбленных теней горгулий, которые сидели на надгробиях, я могла представить, как через месяц сначала расцветут цветы, и пикси будут там, а не здесь. Я надеялась, что тоже буду здесь, чтобы увидеть это. Я избавилась от большей части «если», но все может привести к полному краху. Бис, пожалуйста, пусть с тобой все будет в порядке.
Медленно наступила тишина, когда я закончила промывать свои принадлежности для колдовства и поставила их сушиться. Моя улыбка увяла, появилось чувство, что за мной наблюдают, покалывало спину. Снаружи ничего не было, кроме низкого гогота горгулий. Но я знала, что где-то там, начиная звереть, бродил Ник.
Волосы на затылке встали дыбом, и даже зная, что Дженкс был на шпиле, я чувствовала, как будто за мной следят. В воздухе стоял густой запах вампиров, доказательство присутствия Айви и Нины, нервничая, я открыла кран с горячей водой, наклонив голову, я намыливала руки, пытаясь оттереть вонь жженого янтаря из-под ногтей.
Побежали мурашки, и я не могла сказать, почему.
— Перестань, Рейчел, — прошептала я, когда повернулась и потрясенно уставилась на молодого, худощавого вампира, стоящего за столом.
— Кто ты, черт побери? — сказала я, сердце колотилось. Неудивительно, что я чувствовала, что на меня кто-то смотрит!
На мгновение я подумала, что он выглядел, как Кистен, те же белокурые волосы, падающие на глаза, и когда он покачал головой, я чуть не забыла как дышать. Но это был не Кистен. Лицо этого вампира было тоньше, моложе, менее мирским. Его тело было не таким громоздким, придавая ему старательное, интеллектуальное выражение лица. Его черный костюм идеально сидел, тускло-белая рубашка, галстук и носовой платок, прекрасно сочетались. Туфли выглядели так, будто они никогда не видели в грязи до сегодняшнего дня.
— Я наспугал тебя, — сказал он, невинно сложив руки за спиной, но меня не было так просто не обмануть.
— Айви здесь нет, — сказала я осторожно, думая, говорить ли, что она быстро вернулась и успешно добралась. — Я могу передать ей сообщение. — А затем, сонная дрянь, ты должен будешь убрать свою задницу с моей кухни. Разговаривать с немертвыми клиентами в неосвященных комнатах было общепринятой практикой, но они обычно сначала стучали. Черт, он был старым, если смог пройти мимо Дженкса и меня так, что я даже не услышала.
