С той ночи, когда я играла Смерть, прошел месяц. Пролетела середина декабря, мы даже заметить не успели. За это время в театре поставили еще пять спектаклей – два из них мы писали вместе с Юлькой. Я познакомилась со всеми актерами труппы – к концу календарного года все двадцать два человека, включая нас с Лидой и директора, вернулись в родные пенаты. Ребята оказались талантливыми, дружелюбными, хотя и каждый со своим заскоком. Даже Эльза спустя недели две-три присмотрелась к нам внимательнее и успокоилась. Еще бы, Лида на главные роли не рвалась, ей и второстепенных хватало. Да и Эльзу она почти боготворила. Та сначала не верила, все искала подвох, но потом успокоилась.
Курсы кадровиков успешно завершились. Мы сдали экзамены, скинулись на стол преподам, и после недолгого ожидания получили свои бумажные корочки, без которых, по словам Тамары Файзыховны, человек и не человек вовсе. В моей жизни все устаканилось и успокоилось. Вместо Лельки ко мне переехала Юлька – с ней жить оказалось гораздо проще и веселее. Все-таки взаимное уважение – ценная штука. Лелька иногда забегала в гости, ненадолго.
– Куда мне до вас, театралов, – цедила она сквозь зубы, когда мы с Юлей в очередной раз увлекались придумыванием очередного сюжета. – Скучно с вами, пойду лучше Каю в клубе помогу.
Да, мое стихийное бедствие вернулось. Правда, ко мне не приближалось. Даже странно – уже месяц прошел, от него ни звоночка. Неужели наконец-то остыл?
Кстати, Лида с Иваном после той постановки все же начали встречаться. Я и не думала, что парни бывают такими мнительными. Раз в два-три дня меня будил посреди ночи очередной телефонный звонок, где кто-то из этой чудо-парочки страдал и изнывал от желания спросить совета.
– Ксана, как быть?! Он мне запрещает надевать любимое платье, ты представляешь?! Мы так поругались! А я же для него, чтобы видел, какая я красивая, любовался… – Лида хлюпала носом в трубку.
Мы как раз сидели после очередного разбора полетов, и пили вкуснющий бабушкин чай, прикидывая, кому и какие роли раздали бы. Автором постановки была Аннушка. Мы уже битый час пытались разобраться, почему главные роли она выдала именно этим людям, а не другим. Словом, Лидочкины стенания были не вовремя.
– Лида, платье длинное? – я со вздохом начала вспоминать, в чем подруга ходила на лекции, в кафе и в театр. Раз любимое платье, значит, точно надевала.
– Выше колена, изумрудное такое, помнишь?
– О боже, это то, где спина до задницы открытая? – Юля, сидящая рядом, закатила глаза. Ну да, Лида еще удивляется, почему Ванька против. Платье-то красивое, но…
– Ничего она не открытая, там специально кружево пришито! – возмутилась Лидочка.
– Ага-ага, полупрозрачное. Напомни-ка повод, куда вы собирались вместе идти?
– С его друзьями знакомиться, в Рыбу.
– Лида, ты – дура. Уж не обижайся. В таком платье тебя совесть твоя в первую очередь выпускать не должна!
– Но ведь красивое же!
– Парень у тебя есть? – придется помочь ей восстановить логику событий, куда деваться.
– Есть.
– Любимый?
– ну… Наверное, мы еще это не обсуждали.
– Расстаться с ним хочешь?
– Нет! Ксана, нет, конечно!!
– Ну, так на кой ляд тогда одеваться, как будто ты одинока, ищешь компанию и не против провести ночь с первым, кто угостит коктейлем? – не выдерживаю и срываюсь на крик. – Лида, он тебя с толпой мужиков знакомить будет! Ты должна выглядеть мило, симпатично, но без единого намека на сексуальность! Ясно?!
– Д-да. – подруга на том конце провода ненадолго подвисла. Судя по шуршанию, перебирала платья. – Ксан, я все поняла. Я не подумала как-то, что это со стороны будет так обидно для Ванечки смотреться. Как думаешь, ванильное подойдет?
Я честно попыталась вспомнить названное платье, но не получилось.
– Если у него скромные вырезы на груди и спине, а длина хотя бы до колена – то да.
– Здорово! Спасибочки!
– Перед Ванькой извинись, балда.
– Конечно-конечно! А вот Эльза говорила…
Юлька не выдержала и отобрала у меня трубку.
– Лидка, у Эльзы свой мужик, у тебя свой. Мало ли что она говорила! Ян с Ванькой абсолютно разные, тут нечего спрашивать!
– Все-все, Юль, я поняла. Спокойной ночи вам!
Юлька хмуро смотрела на телефон. Когда Лида начала общаться с нашей примой, между девушками начали расти и множиться какие-то недомолвки, обидки и тому подобная ерунда. Юля не любила Эльзу и никогда этого не скрывала. Лида, напротив, примой восхищалась (хотя я так и не поняла, за что) и все Юлины комментарии встречала неодобрительным фырканьем и поджатыми губами.
– Юль, забей. Если нет у нее своего мозга, в таком возрасте уже не появится. Понять бы, чем ее так Эльза зацепила.
– Я и так знаю. – Юля бухнулась на диван, поджав ноги. – У них семьи из одного круга – крутые папики-бизнесмены и золотые дети, привыкшие получать все самое лучшее. Просто Лидку отец до откровенного разгула и разврата не допускает, а родители Эльзы особо не заморачиваются – чем бы ни тешилась, лишь бы скандалов не закатывала и дите в подоле не принесла.
– Ты откуда знаешь? – такие подробности из жизни двух театральных блондинок для меня были в новинку.
