– Нет, нельзя, особенно тебе, – брякнула сорока. – Меня волнует, что тут нет никакого города. Лодок много, причалов много, людей на берегу много, даже лачуги какие-то есть… а города нет. Странно.
– Может, он расположен дальше по берегу, – пожал плечами Безымянный.
– Нет там ничего. Я, знаешь ли, высоко летаю и вижу далеко.
Воин снова пожал плечами и тоже решил отдохнуть; он лёг на самое дно лодки, которая немного подтекала, но это было даже приятно. Спину охлаждала прохладная вода, а покачивание создавало чувство колыбельки, и ему захотелось закрыть глаза. Что он и сделал: эффект дополняло подпекающее солнце и небольшой расслабляющий ветерок, мягкими касаниями пробегавший по коже и щекочущий щёки. Безымянный внезапно задумался, что не знает, как выглядит – ему не оставили в голове даже этой информации. Он быстро подтянулся на бортах лодки, тем самым испугав задумавшегося Ваню, который тут же громко закаркал и вспорхнул в небо. Безымянный перегнулся к воде и попытался разглядеть своё отражение, но красноватая вода реки давала ему лишь смутное размытое изображение, различить в котором что-то было фактически невозможно.
– Ты что?! – прикрикнул на него Ваня.
– Слушай, – мигом ответил Безымянный, – как я выгляжу?
– В смысле?
– Он имеет в виду внешность, – вступила в разговор Василиса, которой, как видимо, тоже не удалось поспать. – Нормально ты выглядишь, Безымянный. Уверена, что ты вполне мог бы осчастливить какую-нибудь пригожую крестьянку.
– Крестьянку? – переспросил удивлённый воин.
– Ну, на князя или боярина ты очевидно не тянешь, – сквозь зевок проговорила ведунья. – Слишком уж квадратное лицо, будто сложенное из глиняных кирпичей. А ещё и нос большой, с горбинкой… не знаю, ты откуда-то с юга, как я думаю. А тебя так это волнует?
– Не знаю, – честно признался Безымянный. – Вроде и нет, но интересно.
Василиса хихикнула и потянулась.
– Думаю, скоро ты узнаешь, – проговорила она. – Если Мстивой не изменился, то у него в городе мы сможем найти зеркала самого высшего качества.
– Мстивой?
– Да, так зовут этого мага, – Василиса села на скамеечку, но видно было, что ей было ещё сложно двигаться. – Я бы не стала ему доверять. Точнее, я бы не стала доверять ни одному магу или ведуну кроме себя, но теперь от него не отвяжешься. Ведуны и ведуньи редко дорываются до власти, но если им всё-таки в голову такая идея приходит, то с ними приходится считаться. Просто так мы из этого Подречья не уплывём.
– Что нам можно от него ожидать? – предусмотрительно поинтересовался Безымянный.
– Узнаем об этом, когда придёт время, – уклончиво проговорила ведунья, – Не хочу настраивать тебя на то, что вполне может оказаться неправдой. Жизнь ведуна длинна, и за сто лет любой человек может поменяться.
– Вы не виделись сто лет?!
– Я этого не говорила, – Василиса снова закрыла глаза и прилегла, и Безымянный понял, что разговор окончен.
Лодка плыла медленно, но на удивление уверенно – она будто игнорировала сильное течение реки и плыла вопреки всем законам природы. Один раз дорогу им перегородила крупная ладья, украшенная пёстрыми щитами, богато орнаментированным парусом и деревянной головой оскалившегося медведя на носу. С бортов на них посматривали спокойные глаза вооружённых топорами и луками воинов, которые, казалось, ни капельки не удивились самодвижущейся лодке и даже не соизволили поприветствовать путников. Гребцов видно не было, ибо они укрылись под плотным навесом, который тянулся по всей средней части ладьи, однако заметно было, что трудились они с тщанием – вёсла отталкивались от воды синхронно, и корабль плыл вперёд бодро и скоро. Безымянный решил уточнить у Василисы, не являются ли эти воины солдатами Сына Бога, но та лишь покачала головой и не ответила ровным счётом ничего. Остаток пути они провели в молчании.
Правда, к удивлению Безымянного, на другой берег лодка плыть не стала – она причалила прямо к башне, об которую шумно ударялись растопыренные ладони волн, распуская по воздуху водяной шлейф. Над путниками навис тёмный проём, сквозь который можно было мельком разглядеть искусно расписанный потолок с какими-то вооружёнными фигурами и облачёнными в тоги мужчинами, но больше ничего видно не было. Василиса тоже, казалось, была удивлена: она неуверенно приподнялась и скептично оглядела возвышающуюся к самым темнеющим небесам башню. Безымянный постарался качнуть лодку, достаточно наивно предположив, что она просто застряла, но та и не подумала поддаваться.
– Что же, хорошо, – проговорила Василиса и посмотрела на озадаченного воина и не менее озадаченного Ваню, – нам, видимо, туда.
