Замечание про отдельный диван предвосхитило мое возмущение от приглашения ночевать в номере с ним, просто выбило почву из под моего возмущения, но я поймала себя на том, что мне не дали возмутиться! Получается, не я потребовала отдельный диван, а меня на него отправили, не спросив. А Лана с колен Кати на меня посмотрела и хихикнула, как будто поняла мои путанные мысли, и весело сказала:
– Да, я поняла.
Приехали, Андрей поставил машину у самой реки. Мы вышли. Андрей взял машину за порог и сбросил в реку.
Мы пошли к отелю. Не доходя с полкилометра, Андрей остановился, взял бутылку виски, полил всех и меня, Катя и Лана разулись по команде и он перебросил их через плечи. Они повисли, как без сознания, он взял ещё Бэримора, и мы пошли в отель. Так и зашли. Теперь и я с ними как с пьянки возвращалась.
В номере я наконец начала приходить в себя, и спросила:
– Почему я?
– Ты, похоже, маг – улыбнулась Лана, поправляя свои слипшиеся волосы – И тебя к нам привела судьба. А иначе как бы мы ещё встретились?
Я замерла с открытым ртом.
– Пойдешь со мной и Катей в ванну? – улыбнулась Лана – Для мальчиков есть отдельный душ, номер большой.
Катя
Я проснулась от стука в дверь номера. У меня под мышкой сопела мордочка вампиретты, обхватившей меня ручками и закинувшей на меня ножку. Спинку вампиретты согревало, а вернее, разогревало ещё сильнее – и как она только такое согревание выдерживает и любит – великолепное тело хозяина. Он лежал на спине в полной отключке. Учитывая его чувствительность, было понятно, что он ушёл в тело слуги.
С другой стороны хозяина на нас с Ланой таращились сего-голубые глаза Вари. Я поднесла палец к губам и тихонько прошипела: «Тссс».
В гостиной открылась входная дверь, раздалось «Тссс» собако-Повелителя и его шёпот:
– Что опять случилось? Они спят все после попойки, ещё в клубе начали. Рань такая для них, полдень только. Пусть спят, а мы пока выпьем коньячка хозяйского, сколько же ему лет… и закусь есть…
Раздалось бульканье и восторженное тихое кряканье двух хитрецов.
Я взяла с тумбочки у кровати стоявшую открытую полную бутылку дорогого виски и начала аккуратно поливать нас и сбрызгивать кровать вокруг, стараясь не потревожить такой прекрасный сон Ланочки, и не обращая внимания на выпученные глаза журналистки. Потом я сделала пару глотков из горла и протянула бутылку Варе, ну и лицо сделала суровое. Скромница осторожно отпила пару глотков и протянула бутылку мне, я положила почти пустую посуду на тумбочку.
Из-за двери повторилось бульканье и кряканье, раздался хруст какой-то еды. Потом шёпот хозяина:
– Эх, хорошо идёт! Ну так что тебя в такую рань подняло? Погодь, не разбудить бы – начала играть негромкая успокаивающая музыка. Я теперь слышала только часть беседы. Но там и так было всё понятно. Вчерашний следопыт пришёл выяснять, что мы знаем про вчерашнее, вернее, сегодняшней ночи побоище на пустыре, да и про пять трупов в доме-базе жмуров с пустыря.
Я подмигнула взъерошенной Варваре, начала гладить благоухающую вискарём прекрасную головку Ланочки, на меня начало наползать спокойствие и умиротворение. Я начала вспоминать события сегодняшнего утра.
После приглашения с нами в джакузи, Варя начала отнекиваться. И тут Ланочка чуть ли не впервые на моей недолгой памяти рассердилась, она начала фыркать – как же забавно она фыркает, когда сердится – и говорить:
– Нет, вы только поглядите на неё, она хочет жизни и приключений, сама не может понять, чего хочет, и сопротивляется! Втемяшила себе в голову, что правильнее всех! И ведь вижу, что хочет. Да ты хочешь так, что аурой светить сейчас начнёшь! И брыкаешься. Я ещё тебя уговаривать должна?
Андрей и Бэримор аж замерли, любуясь разбушевавшейся малышкой.
Лана обратилась почему-то к Бэримору, а не к Андрею:
– Бэримор, скажи мужское мнение, что надо делать с такой застеснявшейся дурой? Ей же уже не 14 лет!
Бэримор ошалело почесал плюшевое ухо и пробормотал:
– Ну взять и… чего её спрашивать…
– Вот! – торжественно провозгласила Ланочка, схватила Варю за руку и поволокла в ванную комнату.
Я зашла за ними. Варя растерянно разделась, подгоняемая Ланой. Мы залезли в ванну. Ланочка сказала, что Варе быть колдуньей, другого пути у неё теперь нет, и это прекрасно, и что как проснёмся, она отволочёт неофитку на пустырь и отделает как… Она задумалась, подбирая слова.
– На пустыре сейчас, полагаю, очень оживленно, куча стражников и лекарей любуется нашими проделками – заботливо пояснила я не к месту.
– Ну значит на речку за город! И я сделаю из тебя красотку твоих мечтаний. И ты станешь ученицей. Будешь учиться магии! У тебя начнётся новая жизнь. Но можешь и старую не бросать какое-то время, у тебя же есть семья. Что с твоей матерью? Она же не старая?
– У неё отсутствует ступня… левая… авария на заводе… давно… Она на протезе ходит – с трудом говорила о тяжёлом Варя.
– Вылечим! Будет вся абсолютно здоровая и моложе лет на десять!
