— Как дела? — пробормотал и отвернулся от укоряющего взгляда Данте.
— Спасибо, Данте, — твёрдо сказала Клео, надеялась, что он вернётся обратно к машине, где его ждал Джеймс.
Но Данте не собирался это делать и вздернул бровь, не впечатлённый её словами.
— Я провожу тебя до квартиры, — сказал он, поглядывая на курившего паренька с явным отвращением. — По понятным причинам.
— Всё не так плохо, — возразила она. — Они, в основном, студенты.
— Ну, этот конкретный студент, — он кивнул на паренька, — должно быть, учится в колледже, торгуя наркотой. И вон те двое… — На этот раз он кивнул в сторону хихикающих, шатающихся молодых женщин, одетых в узкие мини-юбки и высокие сапоги. — Вероятно, торгуют собой, чтобы оплатить обучение.
Клео, сквозь сгущающуюся темноту, присмотрелась на девушек и ахнула, узнав их. Они тоже увидели её и завизжали от восторга.
— Боже мой! Клео! — закричала потрясающе красивая темнокожая девушка, и Клео заметила, как Данте вздрогнул от её пронзительного голоса. — Так странно, что ты ждёшь нас здесь, внизу. Как будто знала, что мы приедем.
— Она знала, помнишь, Коко? — напомнила подруге Джиджи чуть менее пронзительным голосом.
Однако Клео не знала, что они приедут, поскольку ничего определённого они не обговаривали.
— Что за чёрт? — пробормотал Данте себе под нос, и Клео улыбнулась, услышав ужас в его голосе.
— Привет, девочки, — поздоровалась Клео, и две полураздетые девушки кинулись на неё, обнимая и целуя.
Коко, как и ожидалось, первой обратила внимание на Данте.
— О, привет. Меня зовут Коко Сибия. Рада познакомиться. Всегда рада познакомиться с любым другом Клео. — Она схватила его за руку, даже прежде чем он успел её протянуть, и сердечно пожала. — А это Джиджи.
— Привет. — Маленькая и симпатичная блондинка Джиджи застенчиво помахала, но не пыталась схватить его за руку.
Данте сунул руки в карманы брюк и задумчиво уставился на всех троих.
Клео пыталась посмотреть на них его глазами и поняла, что все они были примерно одного роста — чуть выше пяти футов — и с похожим телосложением. Джиджи и Коко были немного стройнее Клео, так как она начала набирать вес из-за беременности.
— Откуда вы знаете друг друга? — с любопытством спросил он, на мгновение отвлёкшись от слоняющегося без дела подозрительного парня, который тоже с любопытством их рассматривал.
— Мы вместе ходили в танцевальную школу. Клео и я танцевали в одной группе целый год после выпуска, — объяснила Коко. — Она всегда была самой талантливой, работала больше и лучше всех, пока Кэл не уронил её.
Клео кинула на Коко яростный взгляд за то, что она так выразилась. Кэл всё ещё чувствовал огромную вину за то, что произошло, и изо всех сил старался загладить её. Он взял перерыв в карьере, чтобы помочь Клео восстановиться, и в некотором смысле, тот несчастный случай разрушил и его карьеру. Клео подозревала, что Кэл просто не может позволить себе добиться успеха.
— Он уронил тебя? — В голосе Данте проскользнули опасные нотки.
— Это произошло случайно. — Впервые с того несчастного падения Клео услышала в собственном голосе нотки абсолютной правды и искренности.
“Как я могла позволить одному из своих лучших друзей так долго барахтаться в собственной вине? Как могла настолько зациклиться на жалости к себе, что не видела, как это отражается на Кэле? Боже, я ужасный человек. Мелкий, эгоистичный и слабый!”
Клео покачала головой, слегка ошеломлённая направлением своих мыслей.
Она посмотрела на Данте, чьи глаза сузились от беспокойства, и вдруг ей стало ненавистно, что она сомневается в нём. А также то, как справляется с беременностью и желанием Данте быть частью жизни ребенка.
— Ну, после этого и его карьера пострадала, — бодро сообщила Коко.
— Это древняя история, Коко. Я не хочу больше это обсуждать, — многозначительно сказала Клео, и Джиджи, благослови её Господь, тут же сменила тему.
— Ну, мы пришли, чтобы забрать Клео на вечер в город. Хотите присоединиться к нам, мистер…?
— Дамасо, — сообщил он ей и протянул руку Джиджи, которая с энтузиазмом пожала её. — И я не уверен, что Клео готова провести вечер в городе.
Он с беспокойством поглядел на Клео, которая чувствовала себя немного пьяной после прозрения, которое осенило ее минуту назад.
— Клео? — Коко помахала рукой перед её лицом. — Что случилось, девочка?
— Э… — Клео моргнула, вернувшись в реальность. — Я немного устала. Боюсь, мне не до ночных гуляний.
— Ой, да ладно, не будь такой занудой, как в старые добрые времена. — Коко надулась и Клео чуть не рассмеялась.
«Старые добрые времена» значили: рано ложиться спать, долго и тяжело репетировать до жуткой боли в ногах, уставать, как морально, так и физически. Те пару вечеров, что они ходили на «вечеринки», почти всегда заканчивались после двух-трех коктейлей, которые полностью её вырубали. Не совсем весёлые вечеринки.
— Я немного беременна, — призналась она с улыбкой. Ей было радостно, что смогла отпустить прошлую жизнь и с надеждой жать того, что ждёт её впереди. — Мне нельзя пить.