Она узнала ворьен, вырезанный из берцовой кости своятовы Александры Можаевой. И знала, на что он способен. Но как добраться до него без ведома клирички?
Кто-то опустился рядом с ней, отчего Катя невольно напряглась.
– Честно говоря, я не доверяю тебе настолько, чтобы оставлять одну, – сказал Кацпер.
– Если я все еще не убила твоего короля, то зачем мне делать это сейчас? – начав рыться в рюкзаке, ответила она. Ей понадобится магия, чтобы прокрасться в палатку и схватить ворьен, не разбудив при этом ни Надю, ни, что еще хуже, Стервятника.
– Может, ты решила выждать подходящий момент?
Она усмехнулась.
– Во всех донесениях, что я получала, говорится, что именно за тобой нужен глаз да глаз.
Кацпер хмыкнул.
– И почему же?
– Остия – дворянка. И околачивается вокруг короля в знак непокорности. Она – могущественный маг, но в Транавии таких много. Ты же не так прост.
– Уверяю, ты слишком много об этом думаешь, – ответил он.
– Что-то я в этом сомневаюсь.
– Так вот почему ты отправилась с нами? Чтобы узнать о нас побольше?
– Это бы помогло, если бы меня кто-то послушал, – сказала Катя. – Но они не станут.
Кацпер задумчиво, хоть и недоверчиво, хмыкнул.
– Наша компания собралась из людей, которые постоянно думают, как лучше уничтожить друг друга, – поделился Кацпер. – Клиричка, Стервятник, Серефин, аколийка.
– Но не Рашид?
– Рашид сделает то, что скажет Париджахан, – ответил Кацпер. – Она и Стервятник довольно близки, так что может доставить неприятности.
Катя этого не замечала. А значит, стоит присматривать еще и за ними.
– Что ты делаешь? – спросил он.
Внезапно воздух пронзил вой. Кацпер тут же потянулся за книгой заклинаний. Катя же протянула руку и остановила транавийского парня.
– Подожди, – прошептала она.
Вой напоминал лихорадочные, панические, наполненные ужасом крики, которые пробирали до самых костей. Она ненавидела это место и уже жалела, что вообще отправилась сюда.
– Деравих, – пробормотала она.
– Что?
– Чудовище, рождаемое из мертвых. Из тех, кто погиб неестественной смертью. Не шуми. Если он нас не заметит, то просто уйдет.
Она тоже находилась на поляне, когда появился Личнийвода. И видела, в какое ужасающее чудовище превратился Черный Стервятник, а еще, какой силой обладала клиричка. Но за это Катя оказалась помечена темным роком, как и они. Конечно, уже поздно волноваться об этом, но она пожалела, что проявила такое любопытство.
Вопли стихли, и Катя вздохнула.
– Нам здесь не рады, – заметил Кацпер.
– Ни капельки.
Она достала из сумки маленький пузырек. Ей не потребуется много магии, главное – войти в транс и связаться со святыми. И потом надеяться, что все сработает.
– Не мог бы ты понаблюдать за мной несколько минут? – спросила она у Кацпера и, не дожидаясь ответа, выпила кислую жидкость и скользнула в палатку.
Через мгновение она, тяжело дыша, уже выскользнула наружу с костяным ворьеном в руках. Катя не могла избавиться от ощущения, что Стервятник все знал, хотя ей удалось украсть кинжал. И хотя ей показалось, что он крепко спал, но каждый раз при использовании магии все слегка расплывалось перед глазами. Мир тускнел, а цвета менялись. Так что в таком состоянии она не всегда полностью осознавала, что делала.
Но зато ей удалось заполучить то, в чем она нуждалась. И оставалось лишь надеяться, что, проснувшись, клиричка окажется слишком рассеянной, чтобы заметить пропажу ворьена.
«Златана так задорно танцует на болоте, что странники слышат ее веселье. А она выжидает момент, чтобы, согласно сделке, притащить их к ведьме Дзивожоне, которая хорошо ее за это накормит».
Надя проснулась от крика.
Пока она пыталась понять, что ее разбудило, Малахия выскочил из палатки. Прогоняя остатки сна и все еще чувствуя тепло его тела на своей коже, она поплелась за ним. И обжигающий холод тут же привел ее в чувства.
Как только Надя вышла из палатки, то сразу ощутила это.
Они уже привлекли внимание падших богов. А ведь поначалу она приняла слова Велеса о том, что он не бог, за чистую монету. Но Серефин явно попал в его руки, и Надя это чувствовала. Но вдобавок ощущала что-то еще. Что-то темное, сильное, трудное для понимания и распознавания… Ее новообретенная сила помогла ощутить нить божественности. Но немного иную. А значит, к нему прикоснулся еще один бог.
Малахия протянул руку, не давая Наде дальше ступить и шагу. Она зажала рот рукой.
– Мы столкнулись с силами, находящимися далеко за пределами нашего понимания, – пробормотал он. – Это Велес?
Она так не считала, но решила пока не волновать остальных.
– Думаю, да.
Тело Серефина сотрясалось от судорог, а из глаз текла кровь. Надя схватилась за свои четки и сжала бусину Маржени.
«Я должна помочь ему», – взмолилась она.
