«Как должно быть». Но для кого? Для старой Нади, которая, ничего не зная, жила за монастырскими стенами и которую бы перевозили по стране в качестве номинальной фигуры и оружия? Она не собиралась возвращаться к этому.
Но ее молчание не насторожило Костю. Он схватил Надю за руки от несдерживаемого энтузиазма.
«Он правда верит, что я отправлюсь с ним», – чувствуя, как сжимается сердце, подумала она.
Как бы ей хотелось, чтобы все оказалось так легко и просто.
– Костя, – медленно начала она с мольбой в голосе. – Я не могу.
На его лице отразилось недоумение.
– Что? Конечно, можешь. Мы все уладим, Надя. Вместе. Все будет хорошо.
Костя поцеловал ее в лоб, и, прежде чем она успела его остановить, обошел ее и направился к дому.
– Боги, – прошептала Надя.
Она еще долго стояла в сарае, пока холод медленно проникал в ее кости, прежде чем наконец последовать за ним.
Войдя в дом, Надя осторожно села за стол. Малахия тут же посмотрел на нее, но, как только заметил кровь на ее тунике, в его глазах отразилось какое-то странное, настороженное выражение.
– Он отправился туда, – указав на другую комнату, сказал он. – Что с тобой случилось?
– Ну, на самом деле ты, – равнодушно ответила она.
Париджахан неодобрительно фыркнула и отправилась позвать Рашида.
– Понятно, – тихо отозвался Малахия.
– Но, думаю, твоя попытка пронзить меня насквозь не самое страшное из твоих прегрешений.
Он в ответ лишь закатил глаза.
Надя вздохнула. Вот так теперь все и будет. Отлично. Ей необязательно с ним дружить, нужно лишь потерпеть немного, пока все не уладится. И тогда все закончится.
В комнату вошел Рашид. Стоило ему увидеть кровь на тунике Нади, как он застонал и ткнул пальцем в сторону Малахии.
– Я его не била, – сказала Надя, – но все еще могу это сделать.
Аколиец опустился на скамью рядом с Надей.
– Можно?
– Только если он не будет смотреть, – заявила она.
Малахия вновь закатил глаза и опустил голову на стол.
Усмехнувшись, Рашид потянул ее тунику вверх, а затем развязал повязку на боку и аккуратно протер кровоточащие раны.
– Перестань напрягаться, или они никогда не заживут, – попросил он.
Надя фыркнула в ответ. Его руки согревали ее кожу теплом, пока он перевязывал ее раны свежими бинтами.
– Я устала сидеть без дела. Нам нужно выяснить, куда пропал Серефин.
Малахия поднял голову.
– Не смей! – воскликнула Надя.
Он с тихим стуком вновь уронил ее на стол.
– Зачем он тебе?
– Ты ничего ему не рассказал? – спросила она у Рашида.
– Так как он непосредственный участник всех событий, я думал, он все и так знает.
– Я ничего не помню, – удрученно пробурчал Малахия.
А затем медленно поднял голову. Так как Рашид уже закончил, Надя не стала возражать. Несколько налитых мукой и кровью глаз открылись на щеке Малахии. Он вздрогнул – видимо, его зрение страдало каждый раз, когда это происходило, – а на лице отразилось ошеломление, и Надя в очередной раз задалась вопросом, истинная ли это эмоция.
– Теперь ты понимаешь, почему мне так трудно тебе поверить?
– Как невероятно удобно, – раздраженно кивнув, сказал Малахия.
Он подпер руками подбородок и нахмурился. Надя помнила, как выглядели его глаза, перед тем как он выскочил из святилища, так что, возможно, потеря памяти – это не выдумки.
Она опустила голову на плечо Рашида. В комнату вошла Париджахан и положила карту на стол. Вслед за ней плелся Костя. Он поставил перед Надей кружку с чаем, а затем занял последнее свободное место рядом с Малахией и прислонился к дверному косяку.
– Так какие у нас планы? – спросила Париджахан.
Надя сделала глоток чая и тут же поймала себя на мысли, что тот, который готовил Малахия, показался ей вкуснее. Она на мгновение прикрыла глаза и мысленно отругала себя, после чего наклонилась вперед и постучала пальцем по горам Валикхор.
– Мне нужно добраться сюда.
– Но это на другом конце Калязина, – осторожно заметила аколийка. – А зачем тебе он? – поинтересовалась она, кивнув в сторону Малахии.
– Я думал, что он нам нужен только из-за красивых глаз, – сказал Рашид. – По которым мы так сильно скучали.
– Ты такой льстец, Рашид, – ответил Малахия.
– Только с тобой.
– У подножия гор есть храм, – прерывая шутливую беседу парней, начала Надя. – И говорят, что в нем можно напрямую пообщаться с богами.
– Мне казалось, что ты можешь делать это с рождения, – встрял Малахия.
По какой-то причине его остроты Надя воспринимала намного легче, чем сочувствие, которое наверняка оказалось бы фальшивым. Зато она отлично чувствовала, как Костя прожигает ее взглядом.
– Это очень далеко, – задумчиво произнесла Париджахан. – Так далеко, что вряд ли кто-то сможет меня отыскать.
Малахия с любопытством покосился на аколийку. Она не стала ничего добавлять, но этот взгляд говорил о понимании между ними.
Нахмурившись, Надя положила руку на стол. Чернота от спирального шрама расползлась уже по всей ладони и тянулась тонкими линиями к кончикам пальцев. Костя в ужасе ахнул, но его реакция ни капли не удивила. А вот побледневшее лицо Малахии пугало до безумия.
