В тот момент, когда я увидел, что самолет появился на одном из видеомониторов, я дал добро.
— Сделай это.
Деклан ухмыльнулся, но прежде чем он успел нажать на кнопку, Нил опередил его, как будто они были гребаными детьми.
— Я, блядь, самый старший, кузен, — сказал он, прежде чем ухмыльнуться, как сумасшедший дурак. Мгновение спустя небо заполнили красные, оранжевые и желтые языки пламени. Металл отрывался от самолёта, пепел падал в море, и все, что я мог делать, это упиваться величием всего этого.
Откинувшись на спинку кресла, которое когда-то занимал мой отец, я позволил себе на мгновение помечтать о будущем. Мужчины в комнате взревели от победы. Сегодня я наебал Валеро. Это, плюс объявление о нашей свадьбе, дало бы понять, что Лиам Каллахан идёт, и я планировал заставить их есть дерьмо всю оставшуюся жизнь. Я бы контролировал восток и запад, и, как только это будет сделано, всю гребаную Европу. Кто сказал, что у тебя не может быть всего этого?
Даже Мелоди, несмотря на все ее нытье и стрельбу, пришлась кстати. Найти планы полетов было слишком просто. Она вела записи об этом в течение нескольких месяцев и никогда ничего не делала. Какой хреновый Босс.
Она могла бы отрезать Вэнсу колени, но вместо этого ничего не предпринимала только для того, чтобы спасти жизни нескольких человек. /Мелоди не понимала. Мы управляли гребаной мафией, мы никого не щадили, мы брали то, что хотели, когда хотели, и убивали, чтобы выполнить свою работу. Все эти люди оказались не в том месте не в то время, и я бы позаботился о том, чтобы моя мать… или, может быть, Мелоди, открыла благотворительный фонд для их семей. Прямо сейчас я….
Пули пробили одну из стен прежде, чем я успел закончить свою мысль. Они обрушились на нас, как дождь, уничтожая все и вся на своем пути.
— Черт! — Нил закричал от боли, когда из его руки хлынула кровь.
— Открой гребаную дверь и выруби этого ублюдка!
Деклан замер как раз в тот момент, когда пуля пролетела прямо над его головой и вонзилась в монитор позади него. Мой отец отшатнулся, когда пуля попала ему в грудь, а Эрик схватил его за запястье. Остальные мужчины в комнате бросились выполнять приказ, но замерли, когда дверь открылась.
— Скажи мне, что это блять не твоих рук дело, и ты сможешь прийти на гребаную свадьбу, милый, — взвизгнула Мелоди, глядя мне прямо в глаза.
Я убью ее.
«Всади пулю в ее хорошенькую гребаную головку и сбрось ее с гребаного моста», — кричал мой разум, когда я смотрел в дуло полуавтомата моей невесты.
Я старался сохранять спокойствие. Я даже молился о том, чтобы у меня хватило сил не потерять его, но все, что я мог видеть, было красным. Взглянув на Эрика, который стоял ближе всех к ней, он взял инициативу в свои руки и приставил пистолет к ее виску, заставив ее опустить пистолет.
— Ты, маленькая сучка, ты что, потеряла свой гребаный разум?
— Рыжик, — сказала она, все еще глядя мне в глаза. — Тебе лучше нажать на курок сейчас. Ты пожалеешь, если не сделаешь этого.
Он взглянул на меня, но в долю секунды Мелоди развернулась и ударила его прикладом пистолета в лицо, сбила с ног и приставила пистолет к его яйцам.
— Я сказала, что ты пожалеешь об этом, — прошипела она. Она отстранилась и ударила по его самому сокровенному рукояткой пистолета.
Мой отец нахмурился, делая шаг вперед, когда я потянулся за пистолетом. Наступило время, когда с меня хватит, черт возьми.
— Мисс Джованни, я бы попросил никого не убивать в этом доме.
Монте, кажется, звали этого человека, вышел вперед, направив свое оружие на Эрика, когда Мелоди повернулась к моему отцу, держа пистолет прямо у его лица.
— Седрик, вы мне нравитесь. Правда, — сказала она без всяких эмоций в голосе. — Но отойдите, или я убью вас прежде, чем убью вашего сына.
— Его мать любит его, и я люблю его мать, мисс Джованни. — Ублюдок улыбнулся, как будто эта сука только что не оскорбила нас, как будто она чуть не убила семью. — Мелоди, я понимаю твой гнев, и он вполне оправдан…
— Черт возьми, что ты с ней возишься? — крикнул я, тоже поднимая пистолет. Никогда в своей жизни я так чертовски сильно не хотел кого-то убить.
— Лиам Каллахан. В течение следующих сорока восьми часов я все еще правлю. Отойди! — И снова кровь в моих жилах требовала кровопролития, и поэтому я выстрелил прямо мимо ее головы в руку Монте.
Глаза Мелоди горели яростью, но прежде чем ее пуля попала в меня, мой отец схватил ее за руку. Он вывернул ей запястье и боролся с ней до тех пор, пока пистолет не вырвался у нее из рук и он не завел ее руку за спину.
— Мелоди, послушай меня, — сказал мой отец, пока она рычала, как чертов лев. — Как глава семьи Каллахан, я приношу извинения за сегодняшний идиотский поступок моего сына и воспоминания, которые он, должно быть, вызвал, о том ущербе, который был нанесен тебе. Но мне нужно, чтобы ты вздохнула и ушла. Не как женщина, а как Босс, чтобы остыть и подумать. Если ты нашла эту комнату, ты должна знать, где находится комната Лиама. Он будет там с минуты на минуту, и ты сможешь поговорить с Ceann na Conairte.
