— Я думаю, что ты отличный парень, Крис. И это чистая правда. Ты был прав, когда сказал, что я живу в прошлом… — мягко произношу я.
Он закрывает глаза и вздыхает.
— Это было так по-идиотски с моей стороны.
— ...и я не виню тебя за то, что ты не хочешь тратить своё время на кого-то столь… настолько повреждённого вроде меня. На самом деле, я подумала, может быть, я могла бы познакомить тебя со своей подругой Мэрибет.
Крис открывает глаза и, прищурившись, смотрит на меня.
— С той, которая чем-то напоминает амишку?
— Она не амишка. Она действительно великолепна. Она умная и милая, и я думаю, что вы, ребята, поладили бы. Как думаешь, тебя это может заинтересовать?
Крис как-то странно смотрит на меня. Я не могу определить это, пока он сердито не говорит:
— Нет, Нат. Меня это не интересует. Я пришёл сюда, чтобы сказать тебе, что у меня всё ещё есть чувства к тебе, и что я совершил ошибку, порвав с тобой.
Вот дерьмо.
— Мне так жаль. Хм. Я не знаю, что сказать.
— Ты можешь сказать, что позволишь мне пригласить тебя на ужин сегодня вечером.
Мы смотрим друг на друга в неловком молчании, пока я не говорю:
— Думаю, мне придётся отказаться.
— Тогда завтра вечером. Во вторник вечером. Просто скажи когда.
— Крис… — тихо говорю я.
Прежде чем успеваю закончить это предложение, он делает шаг вперёд и целует меня.
Или, во всяком случае, пытается это сделать. Мне удаётся повернуть голову в последнюю секунду, так что его губы касаются моей щеки, когда я задыхаюсь от удивления.
Я отшатываюсь, но Крис сжимает мои плечи руками и не позволяет мне отстраниться. Вместо этого он прижимает меня к своей груди и удерживает там.
— Просто дай мне ещё один шанс. Я не буду торопиться, дам тебе столько, сколько нужно времени. Знаю, что ты через многое прошла, и я хочу быть рядом с тобой… — грубо произносит мне на ухо Крис.
— Отпусти меня, пожалуйста.
— ...для всего, что тебе нужно. У нас есть связь, Нат, особая связь…
— Крис, прекрати это.
— ...и тебе нужен кто-то, кто позаботится о тебе…
Я толкаю Криса в грудь, начиная паниковать, чувствуя, как на моей плоти образуются синяки там, где он так крепко сжимает меня, но замираю, когда слышу, как кто-то говорит:
— Убери от неё руки, брат, или потеряешь их.
Голос низкий, мужской и смертоносный.
Крис оглядывается через плечо и видит ощетинившегося Кейджа, стоящего в нескольких футах от него и смотрящего ровным убийственным взглядом убийцы.
Взволнованный, Крис резко отстраняется от меня.
— Кто ты такой?
Кейдж игнорирует его и смотрит на меня.
— Ты в порядке?
Я скрещиваю руки на талии и киваю.
— Я в порядке.
Кейдж молча оглядывает меня с ног до головы, его взгляд жёсткий и оценивающий, ищущий доказательства того, что я не пострадала. Затем его ледяной взгляд возвращается к Крису.
Он издаёт низкий рычащий звук:
— У тебя есть две секунды, чтобы сойти с крыльца, прежде чем ты не сможешь уйти самостоятельно.
Крис поднимает подбородок и выпячивает грудь.
— Я не знаю, кто ты, черт возьми, такой, но я…
— Покойник, если ты не отвалишь. Прямо.
Крис смотрит на меня в поисках помощи, но в данный момент он в моём чёрном списке. Когда я смотрю на него, качая головой, Крис снова смотрит на Кейджа.
Он внимательно и долго смотрит, разглядывая мощные плечи, сжатые кулаки, убийственный хмурый взгляд. Затем поступает разумно.
Крис поднимает свою шляпу с того места, где уронил её на землю, снова надевает её на голову, говорит мне:
— Я позвоню тебе позже, — и ретируется.
Я складываю конверт в три раза и кладу его вместе с ключом в задний карман.
Наблюдая, как Крис спешит к своей машине шерифа, припаркованной у обочины, я сухо произношу:
— Ты оказываешь очень интересное воздействие на людей, сосед. Даже на тех, у кого есть пушка.
Кейдж подкрадывается ближе, его челюсть так же тверда, как и глаза.
— Ему повезло, что я не оторвал ему башку. Ты уверена, что с тобой всё в порядке?
Я улыбаюсь Кейджу.
— И ты утверждаешь, что не рыцарь в сияющих доспехах.
— Дальше всего от этого, — произносит он низким голосом. — Но нет – это нет.
— Крис безобиден.
— Каждый мужчина опасен. Даже самый безобидный.
— Неужели ты такого низкого мнения о своём собственном поле?
Кейдж приподнимает плечо.
— Всё дело в тестостероне. Природа никогда не создавала более смертоносного наркотика.
Или более сексуального. От всех мужских феромонов, которые он излучает, у меня кружится голова. Я отвожу взволнованный взгляд.
— Поэтому я подумала о том, что ты сказал. Прошлым вечером. — Я прочищаю горло. — Ты знаешь.
Его голос становится хриплым.
