Первые несколько недель он не разговаривал ни с кем, кроме меня. Моя мама заставила его обратиться к психологу, но это не очень помогло. Он отдалился от всех. Только мне было позволено заглянуть за его стены. Я был единственным, с кем он был искренен. Я утешал его разбитое сердце, страдающее от потери мамы и сестры. Я обнимал его, когда он плакал, потому что он не понимал, что произошло. Я принимал на себя удары, когда он злился на отца. Я принимал все – хорошее и плохое. Я взял все это на себя, чтобы ему не пришлось одному нести всю тяжесть своего тяжелого прошлого.
После стрельбы изменилась и моя мама. Ужас, произошедший в доме Ридов, потряс все общество, но через некоторое время все вернулось на круги своя, и люди перестали говорить об этом. Если Маркус превратился в самого себя, то мама словно потеряла жизненное равновесие. Дружба между ней и миссис Рид очень напоминала мне ту, что была у нас с Маркусом. После смерти миссис Рид мама разваливалась на глазах. Она с бешеной скоростью превратилась из "матери года" в "поганую дуру".
Все началось с мелочей. Сначала она проводила целые ночи, сидя на улице и приканчивая бутылку-другую вина. Она стала нетерпеливой по отношению к нам, ее некогда любящее поведение сменилось отрывистым тоном и холодным взглядом.
После нашего тринадцатого дня рождения все стало еще хуже. Я был первым, кто пережил скачок роста. Зная, что не могу обратиться к маме по поводу волос, появившихся на моем лице, я пошёл к мистеру Хейзу. Он был единственным отцом, который был у каждого из нас. Несмотря на то, что он работал не покладая рук, у него всегда находилось время для нас. Честно говоря, мы проводили в доме Картера больше времени, чем где-либо еще.
Мистер Хейз был удивительным. Я имею в виду, чертовски удивительным. Он никогда не был слишком занят для нас. Он делал все возможное, чтобы показать каждому из нас, как он о нас заботится. Он никогда не пропускал ни одного нашего первого дня. Первый день в школе, первые игры, первые уроки вождения - он был рядом во всем. Он был единственной твердой опорой в нашей постоянно меняющейся жизни.
Воспоминания о том, как он учил нас бриться, навсегда останутся одними из моих любимых.
Это было рано утром, после того как мама ушла на заслуженный отдых в спа-салон после ночной пьянки. Я с облегчением обнаружил, что мистер Хейз еще не ушел в офис. После того как я спросил его, не покажет ли он мне, как бриться, он снял пиджак от костюма и принялся закатывать рукава дорогой рубашки. Когда мы впятером встали перед зеркалом, он положил перед нами бритвы и гель для бритья. Он вынул все лезвия из бритв, чтобы мы могли сначала потренироваться.
Он начал с Картера, уделяя время каждому из нас, чтобы убедиться, что мы знаем, что делать. Я был последним в очереди, за что был ему благодарен, так как у меня было время понаблюдать за тем, как он показывает остальным. Я до сих пор помню, как Мия сидела на бортике ванны, вытянув лицо, наблюдая за нами.
Ретт и Мия были первыми, кто переехал к Картеру и мистеру Хейзу после смерти их родителей. Это был удар для всех нас. У Ретта и Мии были самые лучшие родители, и их внезапная смерть заставила Маркуса тоже переживать. Это напоминание о том, что он потерял, открыло его зарубцевавшиеся раны.
Мама не была близка с мистером и миссис Дэниелс. Она не испытывала никакой симпатии к Ретту, которого всегда называла тем самым другом.
Это привело к тому, что Логан, Ретт и Картер стали проводить все свое время у Картера и всячески избегать нашего дома.
Я делал все возможное, чтобы помочь Маркусу справиться с кошмарами, которые снова начались. Он не был растерян и зол, как в десять лет. Нет, он держал все это в себе, и я боялся, что он сделает в тот день, когда взорвется.
Но тогда начались словесные оскорбления. Я не знал, почему мама выбрала именно меня. Может быть, потому, что я был первым, кто проявил признаки превращения в мужчину. Я просто благодарен, что она не нацелилась на Логана или Маркуса. Я никогда не сопротивлялся, боясь, что она набросится на них.
Она вошла ко мне, когда я брился, и обычный пустой взгляд ее быстро сменился яростью.
— Ты очень похож на него, — прошептала она, ее голос был натянут, как струна, которая вот-вот порвется.
Мы с Логаном не являемся однояйцевыми близнецами. У нас одинаковые светло-русые волосы и карие глаза, но на этом наше сходство заканчивается. Я выше него, и черты моего лица более суровые. Логан же симпатичный, с привлекательной улыбкой, в то время как я резкий и серьёзный. Логан является дружелюбным, хорошим человеком, а я - безжалостным и циничным.
