Как только эта мысль приходит мне в голову, он поворачивается ко мне лицом и твердо кладет палец в центр моего декольте.
— Для протокола: я чист.
Прядь волос падает ему на глаза, и он вдавливает палец в мою кожу, желая, чтобы я пошевелилась, но я уже двигаюсь, пятясь к стене.
Его глаза не отрываются от меня ни на секунду, и то, что я вижу сейчас, — это больше, чем просто завороженность.
Моя спина тяжело упирается в гладкую стену. Когда он кладет руку мне на голову и приближается на несколько дюймов, я почти думаю, что он собирается меня поцеловать, но он этого не делает.
Вместо этого он обхватывает мою киску и гладит ее. Я задыхаюсь, когда его пальцы скользят в мою киску, и мое тело загорается, как небо на 4 июля.
Спустя несколько секунд, когда я пытаюсь отдышаться, его губы растягиваются в темной и опасной улыбке, а его пальцы легко скользят в мой проход и обратно.
— Ты уже мокрая для меня. Это интересный факт, который, я думаю, мне нравится. — Его голос звучит шелковисто. Когда он глубже проникает в мой проход, я втягиваю воздух и хватаю его рубашку. — Твоя киска тоже тугая.
Трёхлетний перерыв сделает с вами то же самое.
— Я… — Я ничего не могу сказать. Он начинает сильно толкаться, а я пытаюсь сдерживаться, чтобы не смущаться, сдерживая стоны.
— Когда ты в последний раз занималась сексом, Люсия?
Я отвожу взгляд на картину живописного пейзажа напротив нас.
Меня огорчает так много вещей. То, что меня заставили почувствовать себя шлюхой и разлучницей за одну ночь, — это лишь одна из них.
Алехандро снова берет мое лицо в руки и разворачивает меня к себе.
— Ответь мне.
Я с трудом сглатываю. — Три года назад. — Тот же ответ, что и раньше, и он выглядит так, будто занимается подсчетами.
— Кто тебя обидел?
Вопрос выбивает меня из колеи. Стыд, который я все еще чувствую, щиплет мои щеки, но я раздета догола и нахожусь в его власти, и в власти тех, кто держит моего отца в плену. Такие вещи, как стыд, больше не имеют значения.
— Мой профессор в колледже. Он был женат, а я не знала. — Мой голос срывается, и я знаю, что он видит мою боль. Я рассказала эту историю всего нескольким людям, и каждый раз я одновременно выражала свою боль и стыд. — В любом случае мне не следовало быть с ним, верно? Он был моим учителем.
Он наклоняется, снова смотрит на мои губы, и я знаю, что он собирается меня поцеловать.
Когда его губы наклоняются к моим, дрожь желания пронзает меня, а шокирующий голод разрывает мои чувства.
Он сильнее прижимает свои губы к моим, и меня охватывает необузданное обладание. Его язык проникает в мой рот и сплетается с моим в огненном танце, который поглощает меня, заставляя таять в нем.
Обхватив мое лицо, он проводит рукой по моим волосам и наклоняет меня так, чтобы углубить поцелуй. Жадность овладевает мной, и я теряюсь в диком ощущении, желая большего.
Я сжимаю его рубашку, пока он исследует мой рот, и только когда он начинает медленно, дразняще вводить пальцы в мою киску, я вспоминаю, где находятся его пальцы.
Жадность запирает это блаженное состояние удовольствия, и я хочу большего. Мое тело склоняется перед ним, требуя, чтобы он дал мне больше, и он это делает. Все это время не отрываясь от моих губ.
Когда он гладит мой клитор, дразня его, меня пронзает волна удовольствия, которая пронзает каждый нерв моего тела с головы до ног.
Блядь… Я сейчас кончу.
Он начинает трахать меня пальцами мои колени подгибаются. Вот тогда я чувствую, как большая выпуклость его члена давит на мой живот. Он кажется огромным, и я не могу не думать, что если его пальцы так хороши, каково будет ощущаться его член внутри меня?
Но что еще важнее, я его возбудила.
Я не та девушка, у которой проблемы с уверенностью в себе, когда дело касается моей внешности. Но есть и другие вещи, которые могут ударить по вашей самооценке. Например, когда вас используют и лгут.
Это заставляет чувствовать себя ничтожеством. Неважной.
Есть что-то в том, чтобы заставить этого мужчину хотеть меня. Что-то дикое, как наркотик заставляет меня забыть.
Алехандро прерывает поцелуй, и я едва успеваю перевести дух, как его рот охватывает мой правый сосок и начинает сосать.
Ощущение его губ на моем соске электризует меня, как и его запах, дразнящий мой нос, когда он сосет сильнее, переходя от одной груди к другой, кружа языком вокруг алмазно-твердых вершин.
Громкий стон вырывается из моего горла, и я быстро прикрываю рот рукой, внезапно осознавая, что меня могут услышать люди за пределами его кабинета.
Он перестает сосать и тянется к моей руке.
— Не делай этого,
Как только я надеюсь, что не сделаю что-то настолько безумное, как крик, он приседает вниз, поднимает мою ногу и зарывается лицом между моих бедер. Его язык проникает в мою киску, лаская мой проход, затем кружится вокруг моего клитора. Спирали экстаза текут сквозь меня, как река, и всякая надежда, что я не закричу, угасает. Я выгибаюсь в его диком сосании и кричу, когда мой оргазм берет верх, атакуя мое тело.
