Безжалостный принц полностью

Ещё больше я ненавижу это из-за того, что с девяностопроцентной уверенностью его смерть — дело рук Риккардо.

Хотя нет никаких доказательств. Весь чертов день мы перемещались из одного района в другой, разговаривали с одним придурком за другим, пачкая руки в крови, когда мне пришлось убить придурка, который пытался ударить меня ножом.

— Что теперь? Мы зашли в тупик, — заявляет Тристан.

Я качаю головой.

— Не знаю. Пока что нам придется придерживаться того, что написано на бумаге. Пока кто-то не скажет обратное. Очевидно, Риккардо добрался до него из злости, но, черт возьми, Тристан. Это Пьербо. Как кто-то может добраться до такого парня?

— Я не знаю. И мне это не нравится.

Я заправляю прядь волос за ухо.

— Нам нужно сосредоточиться и придерживаться плана. Слишком много всего происходит, чтобы терять концентрацию. Особенно для меня.

Влажные дела произойдут в течение следующих нескольких недель. Первое — это собрание Синдиката, где меня инициируют. После этого будет официальный семейный ужин, на котором Па вручит мне кольцо и объявит меня боссом семьи. К нам прилетит семья из Италии, и будут присутствовать другие члены клана Д'Агостино. Это большое дело. А потом чертово мероприятие по сбору средств, которое я бы предпочел пропустить, но должен присутствовать, потому что оно выставляет компанию в хорошем свете. Риккардо тоже будет там. Я возьму на него Эмелию, и это будет следующий раз, когда она его увидит. Это через три недели. Через неделю после, свадьба.

За это время может произойти все, что угодно, поэтому мне нужно держать глаза открытыми и ухо востро. Я не сомневаюсь, что Риккардо будет замышлять какой-то способ вернуть Эмелию. Я знаю, что он попытается.

— Мы не можем терять фокус. Это было бы большой ошибкой. Андреас и я разберемся с делами компании и присмотрим за Риккардо. Доминик сделает свое дело. Все знают, что они должны делать, так что не волнуйся. Просто будь боссом. Это не работа на одну ночь, особенно когда речь идет о бизнесе Синдиката.

Он прав. Если бы речь шла только о том, чтобы научиться вести бизнес Д'Агостино, это было бы не так уж и плохо. Папа подготовил нас всех к этому. Синдикат — это нечто иное, и мое посвящение станет лишь началом. Братство — это совсем другая игра в мяч власти. Следующий уровень невообразимого богатства. Богатства, о котором я никогда не мечтал. Определенно нет, когда у нас ничего не было. Эти ребята говорят миллиардами, даже не миллионами. Вот почему Риккардо облажался. Он не смог наскрести даже миллион долларов, чтобы отдать нам, не говоря уже о двадцати пяти, которые он должен.

— Спасибо, я ценю это, брат, — я поднимаю свой кулак и ударяю его.

— Не волнуйся. Так… ты выглядишь потрясенным из-за этой девушки. Что происходит, Массимо? Где она? — Он улыбается.

— Заперта в своей комнате. — Голая. Эту часть я ему не скажу.

— Собираешься держать ее взаперти вечно? — Он приподнимает бровь.

— Тристан, я не знаю, что с ней делать, и мне не нужно говорить, что это безумие. Так оно и есть.

— Конечно, это так, но я чувствую, что она тебе нравится… — Он бросает на меня любопытный взгляд. — Брак был твоей идеей.

— Это имело смысл. Как еще мы могли бы получить наследство Балестери?

— К черту наследство. Не говори мне эту чушь. Она тебе понравилась на балу. — Он кивает. Я наклоняю голову набок.

Вот что происходит, когда люди знают тебя слишком хорошо. Тристан не просто мой брат, он мой лучший друг. Ничто не ускользнет от него.

— Разве? — говорю я в качестве последней попытки. — Насколько я помню, каждый мужчина с глазами, которые не были счастливо соединены на том благотворительном балу, смотрели на нее. Они все хотели ее.

— Блядь, кому какое дело до всех? Массимо, никто не будет винить тебя за то, что ты ведешь себя так, как сейчас.

Мне приходится смеяться.

— Это одно и то же, черт возьми.

Он качает головой.

— Нет. Это не так. — Он одаривает меня озорной улыбкой. — Она дочь Риккардо. Вот кто она. Дочь врага. Но еще она женщина. Вот кто она. Очень красивая женщина, которая принадлежит тебе. Не говори мне, что ты не заметил этой части.

Я откидываюсь на спинку стула.

— Я прекрасно заметил. И мой член тоже.

Дважды я прижимал ее голой к себе, и оба раза мне хотелось ее поглотить. Оба раза я прекрасно понимал, что она богиня с телом, созданным для траха.

Тристан улыбается.

— Ну вот и всё. Ты собираешься жениться на ней, и это будет полный провал? Или планируешь зависнуть в стрип-клубе? Кстати, заметил, что ты вчера туда не пошел. Или, может, ты здесь уже успел найти себе развлечение?

— Тристан, брось это. Это бизнес.

— А какой бизнес без примеси удовольствия? Когда у тебя такие деньги, как у нас, ты король. Можешь делать все, что захочешь.

Шаги эхом отдаются по тротуару, и мои следующие слова затихают.

Присцилла идет к нам. Рядом с ней женщина, которую я, пожалуй, ближе всего могу назвать девушкой. Габриэлла Минеола. Ее платиновые светлые волосы выглядят как нимб на макушке, а улыбка на ее лице наполнена теми проказами, которые мы всегда устраиваем, когда она в городе.