Безжалостный принц полностью

— Они оба были влюблены в нее. — Стальной груз опускается в глубину моего живота. — Это все, что я знаю, но это заставляет задуматься, не так ли? Заставляет задуматься, что еще произошло.

Секреты и ложь, вот на чем, как мне кажется, основан мой мир. Я смотрю на нее долго и пристально и удивляюсь, почему она так много мне рассказывает.

— Зачем? Зачем ты мне все это рассказываешь? — спрашиваю я.

Она пожимает плечами.

— Может быть, мне жаль, что тебя втягивают в битву, которая тебе не принадлежит. Может быть, мне жаль, что у тебя украдут жизнь, если ты выйдешь замуж за Массимо. Может быть, я просто не хочу быть тобой. Или… может быть, я пытаюсь оправдать свои причины помогать тебе, нарушая преданность человеку, которого я считаю братом.

Мои нервы разбегаются.

— Что ты говоришь, Кэндис?

Поможет ли она мне? Как?

Она наклоняется ближе. Ее глаза становятся стеклянными, поскольку в них наворачиваются слезы.

— Он доверяет мне больше всех. Вот почему я могу тусоваться с тобой. Я и Присцилла. Но он не тот парень, с которым я росла. Никто из братьев не такой. Но это не их вина.

Нет, кажется, это моего отца.

— Кэндис, ты мне поможешь? — осторожно спрашиваю я. Мы оба нервно оглядываемся.

Мы далеко от ближайшего охранника, который стоит на террасе. Он не слышит, о чем мы говорим, но это понятно, учитывая обстоятельства, в которых возникли бы страх и паранойя.

Кэндис кивает, когда я оглядываюсь на нее.

— Если он узнает, что я не преданна, я не буду винить его, даже если он убьет меня.

— Тогда не надо. Я бы этого не вынесла. — Я морщусь, качая головой.

— Зло всегда будет продолжаться, если хорошие люди будут стоять и смотреть, Эмелия. Зло всегда победит, если хорошие люди будут сидеть сложа руки и позволят ему произойти. Я бы никогда не простила себя, если бы не помогла тебе, но, пожалуйста, подумай, прежде чем действовать. — Она удерживает мой взгляд, пока я обдумываю ее слова.

Подумай, прежде чем действовать … Шанс на побег сейчас для меня на вес золота, но я знаю, что она имеет в виду. Если я ошибусь, то наказана буду не только я.

Она смотрит вперед и осторожно указывает на конец пляжа.

— Видишь эту пещеру?

— Да. — Пещера находится в самом дальнем конце пляжа. Отсюда она почти размыта, но я ее вижу. Волны разбиваются о скалы, и область выглядит так, будто обрывается после этой точки.

— Камеры не работают дальше зоны с пальмами. Одна камера на фонарном столбе. И все. Тропа ведет прямо в пещеру. Внутри есть лодка, — объясняет она.

Я не верю своим ушам. Она только что дала мне ответ.

— О Боже, Кэндис, — выдыхаю я.

— Ты также увидишь катер, но даже не пытайся его взять. Массимо всегда держит ключи при себе, и даже если бы ты смогла заставить ее работать, у него есть система безопасности, которой он может управлять изнутри дома. Она предупредит его, как только включится мотор лодки. Так что твой единственный выбор — гребная лодка.

Дрожащими губами я киваю.

— Хорошо. Я пойду за лодкой. Кэндис…

— Эмелия, это опасно, — прерывает она. — Это самое важное предупреждение, которое я тебе дам. Опасные воды. Ты в самом центре событий на той стороне.

Боже... Я не умею плавать в безопасных водах, не говоря уже об опасных. Но это путь к спасению. Я позабочусь о своей безопасности, если у меня появится шанс им воспользоваться.

— Со мной все будет в порядке. Я должан быть в порядке.

— Тогда, пожалуйста… убедитесь, что ты сбежишь и никогда не оглянешься назад, потому что если он найдет тебя, он поймет, что это могли быть только я или Присцилла, которые сказали тебе, как сбежать. Так что… пожалуйста, подумай как следует, прежде чем ты попытаешья сбежать. Он дал нам разрешение показать тебе окрестности. Ты должна завоевать его доверие, чтобы ты могла ходить без присмотра и постоянной охраны. — Она протягивает руку и берет меня за руки. — Пожалуйста, подумай об этом, прежде чем что-то сделать. Это моя единственная просьба.

— Я подумаю, — обещаю я.

Теперь план — заставить его доверять мне. Я смотрю на пещеру и вижу свободу.

Как мне заставить Массимо доверять мне?

Послушание.

Делает то, что он говорит.

Быть его.

Массимо

Я встаю, смотрю в глаза каждому члену Синдиката и поднимаю церемониальный клинок.

Все глаза обращены на меня.

Кроме Па, Риккардо и его брата, это люди, которых я никогда раньше не видел. Все люди с властью и невероятным богатством, всего двенадцать, включая меня.

Они все сидят за длинным прямоугольным столом в зале заседаний и смотрят на меня. Я, самый молодой, новый член, готовлюсь к посвящению и подписанию клятвы крови и верности.

Они не будут говорить со мной, пока я не приму присягу. А нам есть о чем поговорить.

Когда я надрезаю кончик указательного пальца, я приковываю свой взгляд к Риккардо. Я смотрю на него долго и пристально, убеждаясь, что другие члены Синдиката могут наблюдать за мной и заметить, что у меня с ним проблема.

Они узнают историю. Они узнают прошлое. Мне не нравится, что эти люди могли убить меня и мою семью по слову Риккардо, но это следующая фаза власти.