Никс почувствовала, что объяснения алхимика не дали ответа на все вопросы. Видение на вершине горы было чересчур подробным. Даже сейчас в голове у девушки звучали отголоски криков. Она вспомнила имя, сорвавшееся с ее собственных уст. Баашалийя. Тем не менее Никс на время отставила в сторону все эти загадки и обратилась к вопросу, терзавшему ее с того самого памятного дня, наполненного кошмарами.
– Почему именно я? – спросила она, оглянувшись на Джейса и снова повернувшись к двум ученым. – Почему именно меня донимают эти крики?
– По-моему, это очевидно, – пожал плечами Фрелль.
Никс нахмурилась. «Только не мне».
– Первые шесть месяцев своей жизни ты провела среди летучих мышей, – объяснил алхимик. – Твой рассудок, тогда еще не полностью сформировавшийся, оставался податливой мягкой глиной. Твой мозг развивался среди постоянных беззвучных криков летучих мышей. Под таким непрерывным воздействием твое сознание необратимо изменилось, подобно тому, как искривляется от ветра ствол дерева.
Девушка снова оглянулась на Джейса, выпучившего глаза от страха.
«Он боится меня».
– Я полагаю, – продолжал Фрелль, – что ты каким-то краем приобщилась к великому разуму, окружающему нас. И хотя ты выросла и вступила на другой путь, твое сознание по-прежнему остается настроено на образы, навсегда запечатлевшиеся у тебя в голове.
Никс поежилась. Ей хотелось возразить алхимику, однако она вспомнила те мгновения, когда видела себя со стороны, глазами своего потерянного брата.
– Если предположения алхимика Фрелля верны, – заговорила Гайл, – тогда можно заключить, что твое недавнее отравление пробудило в тебе не только зрение. У тебя открылись внутренние глаза, остававшиеся закрытыми с тех самых пор, как тебя оставили на болоте.
Никс сглотнула комок в горле, чувствуя, как в желудке бурлит что-то тошнотворно горячее.
«В таком случае кто я?»
Судя по всему, почувствовав ее отчаяние, Джейс, переборов свои страхи, шагнул к ней.
– Никс, разве ты это хотела сообщить настоятельнице?
Девушка вздрогнула, спохватившись, что начисто забыла цель своего визита.
– Нет! – выпалила она, поворачиваясь к Гайл. – Мой потерянный брат навестил меня еще раз.
– Я тоже видел эту летучую мышь, – взял ее за руку Джейс.
Никс с признательностью бросила на него взгляд, подпитываясь силой от его крепкого рукопожатия, черпая в этом простом жесте, свидетельствующем о поддержке и дружбе, мужество побороть слезы.
– У меня было еще одно видение, – сказала она, после чего рассказала о надвигающейся буре, о нападении тысячи летучих мышей, жаждущих отомстить за грядущее жертвоприношение. – Мы должны остановить этих людей, не дать им сжечь живьем пойманное существо, иначе мы подвергнемся нападению с неба.
– Но как летучие мыши знают о том, что` мы собираемся сделать, – наморщил лоб Джейс, – если этого еще не произошло?
Никс знала ответ на этот вопрос.
– Если я причастна к великому разуму, вероятно, и он также способен проникать в мое сознание.
От этой мысли ей стало жутко.
Девушка снова представила видение, появляющееся и исчезающее помимо ее воли. Она также вспомнила, какая ярость вскипела у нее в груди, когда ей стало известно о предстоящем жертвоприношении, и как она ощутила настоятельную потребность сделать что-то, чтобы помешать этому. Обыкновенно мягкая и покорная, она сама ни за что бы не осмелилась на что-либо подобное.
«Откуда возникло это стремление?»
Подняв руку, Никс прикоснулась к своей груди.
«Оно родилось во мне? Или мне его передали летучие мыши?»
Но прежде чем она смогла решить для себя это, над стенами разнесся звон, нарастающий с каждым мгновением. При этих звуках девушка вздрогнула.
Первый колокол Вечери.
«Я потеряла слишком много времени!»
Возможно, было уже слишком поздно.
Не желая признавать поражение, настоятельница повернулась к Фреллю.
– Мы должны вмешаться, но я не уверена, что одно только мое слово сможет отменить приказ короля.
– Возможно, понадобится поддержка принца, – кивнул алхимик. – Если я смогу его убедить.
«Принца?»
Подойдя к Джейсу, настоятельница взяла его за руку.
– Никс уже привлекла к себе внимание короля, и, боюсь, вскоре ее положение станет совсем серьезным. Ты должен спрятать ее в безопасном месте.
– Но… г-где? – выдавил Джейс.
– Где-нибудь за пределами школы. Оставаться здесь ей небезопасно. – Настоятельница посмотрела на Никс. – Пока возвращайся к себе домой.
Девушка не возражала. Они с Джейсом поспешили к двери, однако тревожный вопрос гнался за ней по пятам.
«А где мой истинный дом?»
Принюхавшись, Канте закатил глаза.
«И я еще думал, что это
Принц сместился в сторону, стараясь занять наветренное положение по отношению к косматому буйволу, однако туча мух, роящихся над здоровенным животным со слезящимися гнойными глазами, постоянно громко портящим воздух, устремилась следом за ним.
