Теперь подведём итог. Давид не совершил подвиг и не был, к сожалению, героем. Он был сильным, метким, ловким парнем, довольно умным, самоуверенным и смекалистым. Он сумел оказаться в нужный момент в нужном месте. И выиграл джек — пот в лотерее, именуемой Жизнь.
То, что он не был героем, подтверждает и его дальнейшая жизнь, подробно описанная в Библии. Давид никогда не встречал опасность лицом к лицу, всегда был на стороне сильных против слабых, и очень любил таскать каштаны из огня чужими руками.
И последнее, самое важное замечание.
Легенда о поединке Давида с Голиафом настолько красива, что не может быть правдой! Скорее всего, эта славная победа приписана ему придворными льстецами.
При внимательном чтении «Первой Книги Царств» становится ясным, что эта книга (как и некоторые другие) является собранием легенд об одном герое, записанных со слов нескольких сказителей.
Одна легенда гласит, что Давида выбрал Самуил для замены неугодного ему Саула
В другой легенде Давид попадает в дом Саула по протекции, как хороший игрок на гуслях. Хотя немножко непонятно, каким путём в руки Давида попал русский национальный музыкальный инструмент.
Согласно третьему сказанию, Давид, подобно Иосифу Прекрасному, стал любимцем царя и его оруженосцем.
Но, заняв такое видное положение при дворе, Давид, волей четвёртого сказителя, снова переносится в дом своего отца, где продолжает пасти овец. Библия во второй раз знакомит нас со своим любимцем. Пастушок Давид приносит своим старшим братьям хлебы. И пока они обедают, шутя расправляется с Голиафом, богатырём из Гефа Саул, почему — то не узнаёт ни своего гусляра, ни своего оруженосца. Он спрашивает военачальника: «Кто этот парень и кто его отец?». Но ведь он же сам совсем недавно посылал гонца к Иессею, прося его согласия на то, чтобы Давид и дальше услаждал его душу, и охранял тело. Это показывает, как цари неблагодарны и склеротичны.
Мало того, что разные сказители рассказывали свои сказки по — разному, но и чередовались писцы. Один писец ленился читать то, что до него записал другой.
Третий писец, не мудрствуя лукаво, вёл запись исторических событий, войн, сражений, слово в слово, как слышал об этом из уст участников событий, воинов и военачальников. И пишет так: «Было и другое сражение в Гобе; тогда убил Елханан, сын Ягаре — Оргима Вифлеемского, Голиафа Гефянина, у которого древко копья было, как навой у ткачей» (выделено мною — Д. Н.) (2. Цар. 21. 19).
Спустя годы, а может быть, столетия, четвёртый писец, разбирая архивы, натыкается на это коротенькое сообщение. И, обладая буйной фантазией, желая угодить одному из потомков царя Давида, начинает по — своему интерпретировать его. И пишет: «И выступил из стана Филистимского единоборец, по имени Голиаф, из Гефа. Медный шлем на голове его. Медные наколенники на огах его, и медный щит за плечами его. И древко копья его, как навой у качей» (1. Цар. 17. 4— 7).
Так этот дееписатель, отталкиваясь от, возможно, реального события, создаёт свою легенду.
Как видите, речь идёт всё о том же Голиафе из Гефа, человеке богатырского телосложения. И даже копьё у него то же самое. Но, по новой версии, он уже единоборец, и убит не в сражении, а в поединке, что гораздо более впечатляет.
Убивает его не какой — то там рядовой Елханан, а легендарный царь Давид. Кстати, эти два героя родом из одного и того же города — Вифлеема. Возможно даже, что они были друзьями и соревновались в метании из пращи. Давид не только убивает Голиафа, он приводит в ужас и обращает в бегство всё войско филистимлян. Так создаются мифы о героях.
Нас всё время уверяют, что всё, написанное в Библии, — святая правда. Поэтому остается предположить, что Голиаф, обезглавленный Давидом, всё же подобрал свою голову, пришурупил её на место, и с новыми силами кинулся в новый бой. Всё с тем же копьём, переделанным из ткацкого навоя.
Но, спрошу я Вас, что это за богатырь, если позволяет убить себя дважды подряд?
____________________
Так кто же в действительности убил Голиафа? Что это за Елханан такой, который внезапно свалился на нашу голову, чтобы подорвать героическую репутацию Давида? С этим именем мы раньше не встречались. Попробуем поискать внимательней.
Ах, вот где ты спрятался, голубчик!
Совершенно случайно обнаружил я имя Елханана среди пятидесяти имён героев войны. (2. Цар. 23. 24). Правда, здесь его отцом назван не Ягаре — Оргим, а Додо. Что поделать, многие библейские герои имеют ту особенность, что родились сразу от двух отцов. А в остальном, всё сходится. Это всё тот же Елханан из Вифлеема.
Надеюсь, Вы понимаете, что подвиг, который совершил царь, не могли приписать простому воину? Дело было как раз чуть — чуть наоборот. Тем более, что сражение, о котором идёт речь, произошло тогда, когда Давид уже был в преклонном возрасте. А когда Давид был юношей, Голиаф ещё не родился. Но уже был обезглавлен.
Такова библейская Правда.
Давид, наш юный герой, был вторично призван во дворец. Но уже не в качестве оруженосца. Царь, по требованию народа, сделал его одним из своих военачальников.
