Объясняя смысл этой новой фазы духовной истории, Павел использует слово о п р а в д а н и е (dika…wsij). В узком значении оно является термином юридическим, но у ап.Павла оно несет бесконечно большую смысловую нагрузку. В евр. языке оно происходит от того же корня, что и слово «праведность», а праведным, т. е. свободным от зла, можно считать лишь одного Творца. Человеческая, земная праведность всегда относительна и условна. В сущности, никто не может претендовать на абсолютную праведность, достигнутую собственными силами. Уже в ВЗ жила вера, что оправдание придет от Самого Бога как дар Его милосердия (Иер 23:6; 33:16). До прихода Спасителя условно «праведным» мог считаться человек, к–рый в меру своих возможностей «жил по закону», однако подлинного оправдания все равно не существовало. Его осуществили не наши усилия, а искупительная, спасающая сила Господня. Это Он, а никто другой, приближает к Себе человека и через Мессию д а р у е т грешным прощение. Они оправданы Богом и потому отныне уповают не на систему Закона, а на высшую небесную любовь, к–рая открывает перед человеком возможность соединиться с Богом во Христе Иисусе. Входя в Новый Завет Господа, верующие идут путем Христовым. Закон повелевал «извне», тайна же спасения преображает человека изнутри. «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу в е р о ю в Сына Божьего, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня. Не отвергаю благодати Божьей. А если Законом оправдание, то Христос напрасно умер» (2:19–21).
Задача, к–рую ставил перед собой апостол в послании, была намного труднее, чем у приверженцев старых канонов, говоривших, что конкретно делать, как поступать, что соблюдать. Ведь все религии имели свои системы правил. Последовательной логике законников, опиравшихся на Писание, Павел мог противопоставить лишь живой опыт благодати. Он напоминает о духовной радости новообращенных, об их самоотверженной любви, о пророчествах и знаках свыше. Неужели этого мало, чтобы понять: чудо единения с Богом во Христе есть дар; его нельзя заработать.
Что прибавило галатам обрезание? Ни обрезание, ни соблюдение «дней, месяцев, времен и лет» ветхозав. календаря ни на шаг не приблизило их ко Христу. Когда они были язычниками, они боготворили тварь, находясь в рабстве у «стихий». Подчинившись же формальным условиям «подзаконной жизни», они только сменили одно рабство на другое и тем самым отреклись не от Павла, своего учителя, а от Самого Христа. «О, несмысленные Галаты! — восклицает апостол. — Кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у к–рых перед глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый? Сие только хочу знать от вас: через дела ли Закона вы получили Духа, или чрез наставление в вере? Так ли вы несмысленны, что, начав духом, теперь оканчиваете плотью?» (3:1–3). Апостол мог догадываться, что ортодоксы, толкуя галатам о необходимости принять уставы Закона, читали им из Библии, доказывали «на строке» свою правоту. На это Павел отвечает, также ссылаясь на Писания. Основой Завета был не Закон, а вера Авраама. Патриарх был возвеличен за то, что поверил Богу и вручил себя Его покрову. Закон же дан п о с л е Авраама, через «посредника» (Моисея), с целью приучить людей всегда помнить о Боге и показать, насколько мало они способны достигнуть идеала даже условной праведности. Уже в ВЗ пророк Аввакум знал, что жизнь даруется через веру. Закон учил вере, но не имел преображающей силы. Он был лишь оградой, к–рая указывала на границу между добром и злом. До «пришествия веры» в спасающего Господа «мы заключены были под стражею закона, до того времени, как надлежало открыться вере. Итак, Закон был для нас д е т о в о д и т е л е м ко Христу, дабы нам оправдаться верою» (3:23–24). Сегодня откровение веры дано в лице Иисуса. И дано с божественной щедростью — уже не только сынам Авраамовым по происхождению, как вначале, а всем его духовным детям по вере: иудеям и эллинам, рабам и свободным, мужчинам и женщинам (3:28–29).
Порицатели ап.Павла напоминали, что Сам Христос соблюдал Закон. Да, отвечал апостол, Он подчинился Закону, но одновременно возвысился над ним. Как Человек, Он прошел путь «подзаконной жизни», но не ради порабощения букве, а ради любящей сыновней покорности Отцу, пославшему Его в мир. Он единственный Избранник, истинный Сын, уничиживший Себя по воле Отца, ради людей. И поэтому Он дарует всем верующим в Него радость у с ы н о в л е н и я Богу. «А как вы — сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва, Отче! Посему ты уже не р а б, н о с ы н; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа… Итак стойте в с в о б о д е, к–рую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства» (4:6–7; 5:1). Рабством апостол называет сведение веры к формальным правилам, т. е. к тому, что было всего доступнее людям. Но этот несовершенный вид богопочитания есть признак уходящего мира. Бог заложил основание для мира нового.
