Библиотека (пьеса) полностью

Действующие лица:

Профессор

Молодой человек

Занавес поднимается. Двое сидят на стопках книг.

То, что один из персонажей назван Профессором, а другой Молодым человеком, не имеет никакого отношения к их внешнему виду. Судя по всему, оба находятся здесь достаточно долго и уже выяснили, что выхода нет.

На сцене стоят большие часы, похожие на вертикальный гроб. Маятник и стрелки неподвижны. В задней части сцены видны уходящие в бесконечность ряды библиотечных стеллажей.

Разговор начинается после достаточно продолжительного молчания. Профессор неизменно вежлив. В тоне Молодого человека проскальзывают самоуверенность, чувство превосходства, порой раздражение.

Профессор. Молодой человек, позвольте задать вам вопрос.

Молодой человек. Валяйте.

Профессор. Что начинаешь ценить только после того, как потеряешь?

Молодой человек. Всё.

Профессор. Нельзя ли конкретнее?

Молодой человек. Долго перечислять.

Профессор. Попробуем иначе. Расставьте, пожалуйста, в порядке убывания ценности: мать, отец, здоровье, родина, деньги, молодость, красота, работа, вера, свобода, женщины…

Молодой человек. Издеваетесь?

Профессор. Почему же. Я совершенно серьезно.

Молодой человек. Вам что – больше не о чем поговорить?

Профессор. А о чем, собственно? Разве что-нибудь теперь имеет значение?

Молодой человек. Тогда заткнитесь. Пожалуйста.

Профессор. Хорошо.

Некоторое время оба бесцельно разгуливают по сцене. После длительной паузы:

Молодой человек. Ну ладно. Здоровье.

Профессор. Что – здоровье?

Молодой человек. В вашей дурацкой иерархии я поставил на первое место здоровье.

Профессор. Гм… А вы ничего не забыли?

Молодой человек. И откуда берутся такие занудные кретины!

Профессор. Да-а, нервишки у вас ни к черту, молодой человек.

Молодой человек медленно считает до десяти и выдыхает.

Молодой человек(почти спокойно). Так что я там забыл?

Профессор. Сущий пустяк. Всего лишь жизнь.

Молодой человек. Жизнь?

Профессор. Ну да. Потерять здоровье крайне огорчительно при одном условии: что вы еще не потеряли жизнь.

Молодой человек. Шутите?

Профессор. Вовсе нет.

Молодой человек(презрительно). Если вы сдохли, то и говорить не о чем.

Профессор. Не скажите. Вот, например, вам не кажется странным, что нас не мучают ни голод, ни жажда? А ведь прошло уже часов тридцать как мы здесь. Насколько я понимаю, с прочими физиологическими потребностями тоже нет проблем. И если вы присмотритесь повнимательнее, то заметите, что я не моргаю. Кстати, вы тоже.

Молодой человек. Хотите сказать, что мы оба – мертвецы?

Профессор. Ну, осторожно выражаясь, не вполне живые.

Молодой человек. Что значит «не вполне»?

Профессор. А вот эту тончайшую грань я не возьму на себя смелость определить.

Молодой человек(передразнивая). «Не возьму на себя смелость»… Тошно от вашей болтовни.

Профессор. Могу поспорить, что вас не тошнит. Пульс давно щупали?

Молодой человек. Нет ни хрена никакого пульса.

Профессор. То-то и оно.

Молодой человек. Ну и что это доказывает?

Профессор. Только то, что я сказал. Либо нам обоим все это снится, включая наши… м-м-м… необычные ощущения, либо…

Молодой человек. Либо мы уже в раю, папаша. Правда, я что-то не вижу ангелов.

Профессор. Но и на ад не очень похоже, верно?

Молодой человек. Не знаю, не знаю. Откуда мне знать, на что похож ад?

Профессор. Да, пожалуй, это очень индивидуально. Раньше я думал, что ад – это время.

Молодой человек. А теперь?

Профессор. А теперь я так же чисто выбрит, как и двое суток назад.

Молодой человек. Понимаю, о чем вы. Какая-то половинчатая смерть, верно?