– Но мало иметь крылья, – силуэт как будто понял, что Мишка не понимает, о чём речь. – Помимо обладания крыльями, надо верить в то, что они поднимут.
До Мишки теперь дошло. Он вспомнил про того старика и его коробочку с пёрышком. Бросил взгляд на коробочку, а когда снова посмотрел на каталку, там никого уже не было.
Вскоре он снова заснул…
Прошло много лет. Мишка вырос и стал Михаилом Анатольевичем. Но в то утро, после появления незнакомца, он проснулся и сразу вспомнил про пёрышко. Открыл коробочку и достал его. Оно было похоже на то, что дал ему дедушка, но немного отличалось. Как будто за ночь его подменили. Мишка закрыл глаза и изо всех своих сил решил попробовать то, о чём говорил ему старик. На радостный Мишкин крик в комнату прибежали родители.
– Он пошевелился! – Мишка сиял.
Родители ничего не поняли сначала, но Мишка откинул одеяло и снова еле заметно пошевелил большим пальцем ноги.
Не сразу, но день за днём Мишка учился снова чувствовать свои ноги. Много времени прошло, прежде чем он начал пробовать встать. Падал раз за разом, но всегда чувствовал, что неведомая сила тянет его вверх. И чем сильнее он доверял ей, тем лучше у него получалось.
В свой первый футбол он сыграл со своими друзьями, когда те уже вернулись из армии. Футбольное поле на пустыре обрело теперь культурный вид, и они старой командой дали мастер-класс подрастающему поколению. С особым удовольствием пробивали проигравшему молодняку пенальти по своим старым правилам. Как будто и не было той аварии…
***
Михаил шёл по коридорам больницы. У мамы вчера поднялось давление, и её увезли на скорой. Оказалось, что ничего страшного, но всё равно стоило пройти обследование.
С пакетом фруктов он шёл её навестить, и сам не заметил, как зашёл куда-то не туда. То ли не на том этаже вышел, то ли не в тот коридор свернул. Проходя мимо одной из палат, он чуть лоб в лоб не столкнулся с женщиной, выходящей из неё.
– Извините, – смущённо сказала она и, вытирая слёзы, пошла по коридору в противоположном направлении.
Михаил не смог сдержаться, чтобы не заглянуть в палату. На кровати лежала девушка. То, что это была девушка, Михаил почему-то не сомневался. Хотя трудно было понять, глядя на почти полностью забинтованное лицо и сложную конструкцию из подвесов и железяк. Только глаза выдавали её молодость. Девушка повернула голову в сторону Михаила.
– Это вы мне апельсины принесли?
Михаил сначала даже растерялся. Он посмотрел на свой пакет и снова на девушку.
– Да не переживайте вы так. Я пошутила, – девушка отвернулась.
Тем не менее Михаил подошёл поближе.
– Это ваша мама вышла? – спросил он зачем-то у неё.
– Ага. Думает, я не догадываюсь, что она плакать выбегает. А мне самой выть хочется. Только толку-то?
Михаил даже не знал, что ответить. Он всё так же мял в руках пакет с фруктами.
– Я же догадываюсь, что это всё. Чудо уже то, что я выжила в этой аварии. Они думают, что я не знаю. Но я слышала, как врач сказал маме, что я уже не встану. Позвонки там что-то. Я вообще ниже пояса ничего не чувствую. Даже не болит ничего.
Михаил теперь вспомнил и понял, зачем он сюда попал.
– Вы никуда не уходите, – нервно и спешно начал он. – Я сейчас. Туда и обратно.
– Шутник ты, однако, – девушка попыталась изобразить смех. – Но ладно. Обещаю, что никуда не уйду. Только куда ты туда, а потом обратно?
– У меня кое-что есть для тебя. Я подарю тебе крылья…
В это время где-то на краю мира сидела парочка влюблённых Ангелов и безмятежно болтала ногами.
– Как же ты летать теперь будешь? – прижималась она к нему.
– Нельзя летать, когда другие ходить не могут, – он обнял её и прижал к себе крепче…
Петров проснулся и улыбнулся новому дню. История с Мишкой ему пришлась по душе. Всё очень удачно сложилось, и немного мистики получилось добавить. Он даже написал ему судьбу с запасом на будущее. Петров не сомневался, что у них всё получится. Как минимум он попытается не упустить их жизнь и держать её на контроле.
Не успел сделать себе кофе, чтобы с горячей чашкой ароматного напитка сесть за работу, как раздался звонок телефона. На столе лежало несколько книг, которые он получил в Библиотеке с жизнями и судьбами людей. Которые отчасти теперь зависели и от него. Петров нехотя взял трубку. Кто бы это мог быть с утра пораньше?
– Петров. Зайди. И книгу с собой захвати, которую я тебе выписывал, – послышался голос начальника, не дожидаясь от Петрова даже «алло». Затем короткие гудки.
– У них здесь так принято, что ли? – недовольно бурчал Петров, собираясь. – Ни здрасте, ни доброе утро. «Зайди», – передразнил он Всеволода Андреевича.
Через полчаса Петров был в конторе.
– Садись, – опять вместо приветствия указал ему начальник на стул.