– Но молодежь сейчас так общается! Заявляю как девочка, что Зоэ довольно много теряет. В соцсетях идут беседы, а она не входит ни в одно сообщество… – Айла замялась, но Адам настоял, чтобы она высказалась начистоту. – У меня детей нет, но я кое-что знаю о женской психологии. Помню, как в подростковом возрасте я дорожила доверием родителей. Когда тебе доверяют, чувствуешь себя взрослее; наступает внутренняя зрелость, учишься принимать самостоятельные решения, ну, и набиваешь первые шишки. Если ты не выходишь у родителей из доверия, то пользуешься определенной свободой. Мне, например, доверяли одной ходить в магазин. Если я честно рассказывала, кого я видела по пути, вовремя возвращалась и хорошо себя вела, родителей это устраивало.
– Не исключено, что вы правы.
– А вы-то сами есть в «Инстаграме»?
– Нет.
– Тогда можно я кое-что предложу?
– Попробуйте.
– Может, вместо уроков йоги я устрою вам краткий курс по «Инстаграму», прежде чем вы разрешите его Зоэ? С такой форой вы будете знать, куда смотреть, когда Зоэ начнет пользоваться «Инстой», и максимально ее обезопасите.
Адам не был недотепой, он сумел бы сориентироваться и сам, а заядлым пользователем соцсетей не был по той же причине, по какой и своих детей держал подальше от интернета: им нужно было оставаться инкогнито.
– А у вас получится?
Ну и что, что он в состоянии разобраться без помощи, раз его возьмется учить красивая женщина?
– Эй, вы же научили меня сверлить! А я познакомлю вас с «Инстой».
– Признаться, такое предложение мне нравится гораздо больше йоги. Я согласен.
– Договорились. Только, знаете, однажды я попыталась что-то посоветовать Дженнифер насчет ее близняшек и получила известное: «Ты не мать, ты ничего не понимаешь». Вы не обязаны меня слушаться.
Адам, не скрываясь, улыбнулся. Ему нравилось, что Айла сидит у него в гостях; он жалел, что она спешит в паб, потому что он мог так сидеть и разговаривать хоть до ночи.
– Можно дать вам совет?
– Ну, давайте. Я-то вам отсыпала много советов.
– Может, вам с Дженнифер нужно какое-то время пожить бок о бок, чего вы не делали уже много лет?
– Она считает меня легкомысленной младшей сестрой без царя в голове. Вы бы видели ее лицо, когда я упомянула про танцы на пилоне.
Адам ухмыльнулся. У него в голове этот самый царь тоже куда-то отлучился, и Адам отчетливо представил себе Айлу, занятую этим специфическим танцем.
– Что бы между вами ни произошло – я не любопытствую, поверьте, – но, возможно, вам стоит восстановить отношения?
– Этот процесс должен быть двусторонним. Я ведь не твержу ей при каждой встрече, что она зря вышла замуж и родила детей, забросив карьеру. Вот и ей нечего… – Айла махнула рукой. – Все, я умолкаю. Вы с ней друзья, я не должна ее критиковать.
– Продолжайте-продолжайте, сегодня у нас будет вечер критики. Давайте разбираться.
– Она не одобряет мой стиль жизни.
– Вот как?
Айла начала перечислять, загибая пальцы, и Адам понял, что нечаянно потянул за нитку из клубка проблем.
– Во-первых, моя профессия – это, по ее мнению, несерьезно. Отсюда вытекает во-вторых: мне быстро все надоедает, и я берусь за что-то новое. Я считаю эту черту свободолюбием, но Дженнифер думает иначе.
– Ну, всего две претензии, не так уж и страшно.
Айла приподняла волосы и показала на верхний край ушной раковины, где маленький блестящий камушек был полускрыт кожной складкой.
– Пирсинг у меня не в тех местах, это в-третьих… и в-четвертых, – Айла показала на пупок под одеждой, – прокалывать можно мочку уха, другие части уродовать нельзя – кажется, так она сказала.
– О господи!
– Причем специально сделала мне выговор в присутствии Кэти и Амелии – в воспитательных целях! И последнее, самое интересное. – Айла приподняла ногу, чтобы показать Адаму щиколотку, и подтянула джинсы, обнажив загорелую кожу с вытатуированным якорем. Над якорем аркой выгибался девиз: «Отказываюсь идти ко дну». – С ней чуть припадок не случился, когда я сказала, что сделала татуировку. А вот маме очень понравилось, она сказала: «Моя ты храбрая девочка».
От Адама не укрылось, как повлажнели глаза Айлы, и он задумался, что означает девиз «Отказываюсь идти ко дну». Люди часто делают памятные татуировки. Один из его приятелей наколол на предплечье имя супруги, потому что, по его словам, она его половинка, и все бы ничего, но «половинка» взяла да и сбежала с его кузеном.
– Она и еще кое за что злится на меня.
– Я не сужу и не осуждаю, можете мне сказать.
– Когда наша мама умирала, за ней ухаживала Дженнифер. Она была при ней днем и ночью несколько месяцев подряд. А я не была.
– А где ж вы были?
– Сперва на Бали, потом в Канаде.
– Работали?
– Да. Но Дженнифер считает, что я должна была вернуться в Кловер. А я ведь трижды приезжала за девять месяцев маминой болезни и всякий раз оставалась на две недели. И на похороны прилетала.
– А она считает, что вы должны были побыть тут подольше? – Когда Айла пожала плечами, Адам спросил: – Почему вы не остались дома, зная, что мама умирает?
Айла покачала головой и стерла слезу со щеки.
