— Не совсем, — я помолчал, подбирая слова. — Если разобрать руны на примитивы, то находятся интересные вещи. Зимой мне удалось понять, что для изучения базовой стихийной рунописи достаточно запомнить четыре строки примитивов, а всё остальное можно вызвать через параметры к этим строкам. Воздушный бриз, мощный смерч, защитный экран, всё это одна и та же строка.
Мы вышли из университета, Ксения Ивановна удивлённо охнула. Вечерний двор был заполнен гуляющими мурлейцами, среди которых с довольным видом сновали гружённые разнообразным товаром орки. Судя по доносящимся громким фразам и любопытствующим взглядам синекожих, это была большая экскурсия для гостей с Мурлея.
— Туристы, — коротко подтвердила догадку наставница. — Я поняла, о чём ты говоришь, Немолов рассказывал про твою рунопись через примитивы. И даже показал пару таких строчек. Любопытно выглядит, но его восторга разделить не могу, это ведь просто другой способ рунописи, и довольно запутанный, на мой взгляд. Давать такое студентам будет ошибкой.
— Не знаю, — пожал я плечами. — По мне, тут нет ничего сложного. Ксения Ивановна, скажите, почему в руне радости используется только энергия жизни? Если к ней добавить энергию памяти, то её воздействие становится дольше. А если в начальные участки влить энергию света, то руна будет действовать мягче.
— Мягче? — переспросила женщина и ловко увернулась от суетливого торговца. — Нет, с этим порталом наш университет скоро превратится в проходной двор. С чего ты решил, что руна будет мягче действовать? Уже испытания провёл? И в каких именно пропорциях ты хочешь смешивать источники?
— Нет, испытаний не проводил, ещё не успел, — мы наконец-то выбрались на Центральную улицу и в говорливой толпе направились к рынку. — Но они и не нужны, за мягкость отвечает вот этот блок параметров.
Я принялся рассказывать психологу об обнаруженных мной закономерностях в примитивах. Ксения Ивановна сначала задавала вежливо заинтересованные уточнения для поддержания нашей беседы, но после моей фразы про параметр длительности она удивлённо хмыкнула и попросила рассказать детальней. Я был только рад повториться, неподдельное внимание профессора мне льстило.
— Ксения Ивановна, какая встреча! — из толпы вынырнул и встал перед нами улыбчивый мужчина в форме инквизиции, позади возникли уже знакомые мне конвоиры в сопровождении темноволосого. — Не ожидал увидеть вас здесь сегодня. Как же вы смогли сбежать из дворца?
— С чего такой интерес к моим перемещениям, Денис? — психолог холодно улыбнулась.
— Просто любопытство, — мужчина пожал плечами. — Мне очень нравится, как вы действуете, уважаемая Ксения Ивановна. Люблю, знаете ли, изучать на досуге работу лучших представителей нашего государства.
Пока шёл разговор, я заметил, как новые инквизиторы выныривали из людского потока и ненавязчиво окружали нас, изолируя от толпы.
— Нас задерживают? — Ксения Ивановна, видимо, тоже заметила окружение, но в её голосе не слышалось волнения.
— Нет, — Денис кивнул в мою сторону. — Только его. Вы можете быть свободны.
Темноволосый сосед Дениса сделал полшага вбок, освобождая выход из окружения.
— И с чем связано задержание Лиадона? — с такой же интонацией обычно спрашивали погоду за окном. Ясное зрение удалось включить только с добавленной энергией Порядка, и сразу стало понятно, почему: мы были накрыты куполом подавления энергии.
— Он совершил преступление против нашего государства, уважаемый тайный министр, — Денис слегка склонил голову. — Большего я сообщить не могу даже вам.
— Что ж, значит, я спрошу об этом у самого Покка, — женщина поправила ремень сумки на плече и вопросительно посмотрела на Дениса. — Или какие-то проблемы?
— К сожалению, да, — Денис переглянулся с темноволосым, тот слегка кивнул и энергия подавления вокруг нас уплотнилась. — У меня есть чёткие инструкции, по которым мы должны доставить в офис только Лиадона. Без сопровождающих, Ксения Ивановна. Мы оба знаем, что нужно быть благоразумным в любой ситуации. Вы же понимаете, что ваших жизненных сил не хватит на преодоление покрова тишины?
Женщина действительно выводила пальцами линии на поверхности сумочки, рисунок руны напитывался жизненной энергией моей учительницы. Создаваемая руна была слишком слабой, чтобы преодолеть подавляющий эфир. Но, несмотря на это, психолог продолжала выписывать руну! Нужно помочь ей.
— Ксения Ивановна, остановитесь, прошу вас, — инквизитор сложил ладони в умоляющем жесте. — Не усложняйте ситуацию. Вы же понимаете, что своими действиями можете навлечь гнев Главного Инквизитора на целый университет?
— Объясните мне причины задержания студента, — Ксения Ивановна требовательно усилила голос, Денис отрицательно помотал головой в ответ. — Не будете? Значит, я должна пойти со своим подопечным.
Женщина активировала руну, вскрикнула и судорожно отбросила вспыхнувшую синим светом сумку в сторону. Покров тишины исчез, словно утренний туман и на улице вдруг стало тихо. Транспорт завис в воздухе, а окружающие нас люди застыли как истуканы и устремили свои невидящие взоры на Ксению Ивановну.
