— И когда узнаете? — снова встрял Горцев, он закончил читать текст и небрежно бросил листы на стол. — Слушайте, этот договор с Ермольскими, который вчера подсовывали Лиадону, он же ничтожен. Его можно просто взять и выбросить! Я не понимаю, для чего мы здесь вообще собрались. Чтобы послушать занимательную биографию попавшего в опалу эльфа? Мы поговорим с Ермольскими, спросим, что за финт они выдумали, и закроем тему.
— Уважаемый Олег Павлович, дайте нам закончить, — главная советница сделала паузу, тяжело посмотрела на ректора и закончила. — Или мы прямо сейчас уходим и ваше мнение по изобретениям Лиадона даже учитывать не будем.
— Как будто вы пришли сюда за моим мнением, — пробурчал Горцев и кивнул темнобородому. — Больше не прерываю.
— По договору соглашусь, — миролюбиво улыбнулся советник, — он действительно ничтожен и мы здесь не из-за этих бумажек, а из-за нашего молодого изобретателя. Так вот, Империя считает Теритрона предателем и так сильно на него обозлилась, что даже официально признала его эльфийцем. Осталось узнать, за что такое внимание. Таким образом, наш изобретательный молодой человек является эльфийцем-полукровкой, ведь он рождён в союзе эльфийца и гномки. Тем самым, Олег Павлович, изобретения Тиаретайры могут принадлежать только ему одному, Эльфийская Империя не имеет полномочий объявить кровное право владения, и этот факт Император публично подтвердил на зимней встрече.
— Вот, о чём я и говорю, — Горцев посмотрел на Острогова в надежде получить от него поддержку, тот же сосредоточенно ковырял заусенец. — Остроухие не могут претендовать на данные разработки, и это было сказано в открытую!
— А теперь неприятная часть, — слова Савелия Павловича утихомирили ректора. — На прошлой неделе в Сенате было очень любопытное выступление, высший сенатор Факсондий потребовал от Императора подробно разъяснить свои слова по Лиадону. Заочно, конечно же, ведь на собрании Император не присутствовал. Так вот, высший сенатор считает, что нужно вернуть Тиаретайру в семью Нинглоров, тем самым нашему молодому человеку будет обеспечен полноценный статус эльфа со всеми вытекающими.
— Бред, — отмахнулся Горцев. — Да они ни за что на такое не пойдут! Нинглоры удавятся за чистоту своей крови! Представляете, эльф-полугном! Тиаретайра, не принимай близко к сердцу, это не про тебя, а про ситуацию.
— Мы тоже так посчитали, — кивнул чернобородый, — но наши источники говорят, что элита в большинстве своём недовольна внешней политикой Империи по отношению к нам. И изобретения Тиаретайры хорошо подлили масла в огонь. Это я ещё молчу про их реакцию на межпланетные порталы. Да, им известно о втором, не удивляйтесь. Сенат точно найдёт способ сломить сопротивление Нинглоров, останется только уговорить Императора признать Лиадона эльфом. А громкие заявления Ирлиссы Зил Шиеры? Слышали их? — советник поднял листок и начал читать. — В основе международного правительства должны быть структуры Эльфийской Империи. Арку из Фрэлиса необходимо перенести в Сирион. Изобретения Лиадона нужно немедленно национализировать.
Темнобородый советник замолчал, растерянный Горцев с непониманием смотрел на собеседников.
— Ирлисса очень успешно смогла отодвинуть угрозу высшего суда, — подключилась главная советница, — ей уже удалось восстановиться в должности министра магии. И к ней прислушивается Император. Эльфы точно переступят через горло собственной гордости и признают паренька эльфом, рано или поздно. И повлиять на их решение мы никак не сможем.
— Но мне это не нужно! — подал я голос. — Я не хочу становиться эльфом!
— Твоего согласия здесь не требуется, — Горцев вздохнул. — То есть, все изобретения Тиаретайры перейдут к эльфам? И даже эликсир Персонса?
Чернобородый советник молча кивнул.
— Теперь-то понятно, что бездействие опасно? — Полина Евгеньевна строго посмотрела на Горцева. — Олег Павлович, думаете, мне самой это приятно? Лиадон мальчик талантливый, но его происхождение всё портит. Понимаю, что наши агенты должны были работать лучше, чтобы не допустить возникновения ситуации, но Ирлисса идёт как таран, дипломатическими методами с ней не справиться. Поэтому нам нужно придумать, что делать. Где Немолов?
— Ловко вы проблемы-то перекладываете, — Горцев хмыкнул и откинулся на спинку кресла. — Мы, конечно, поможем короне, никогда не отказывались, но как именно университет может посодействовать с этой политической проблемой?
— Мы не перекладываем проблему, а помогаем вам с её решением, это ваш вольный слушатель, — Полина Евгеньевна чуть улыбнулась и покладисто продолжила. — Олег Павлович, мы не собираемся отдавать проблему на откуп университету. Наоборот, мы здесь, чтобы помочь найти хорошие пути решения. Договор, который вы любезно скинули нам посмотреть, лишь первая ласточка. Нам нужно защитить изобретения, защитить Лиадона, и сделать это как можно быстрее. С физической защитой университет справляется лучше нас, ведь нападение произошло, а студент находится здесь, а не в «Отдыхе у Оттиса».
Острогов довольно хмыкнул и отвлёкся от изучения своей руки.
