Библиовизор полностью

Опять я умерла. И опять это было скучно. Скучная смерть после долгой скучной жизни… Я потянулась, потом откинулась на мягкую спинку кресла и сняла шлем.

Что же это такое? Почему всё так получается?.. Вытаскиваю книгу из держателя. "Гарри Поттер" — книжка, которой лет несколько назад зачитывались. И не только дети. Уж скучной её никак не назовёшь. В чём же дело?

— Ну, как?

Я оглянулась. Конечно, это Павел, помощник библиотекаря.

— Да никак. Опять то же самое! Скучно!

Павел потёр переносицу.

— Странно… Ладно, идём, чайку попьём, и ты мне расскажешь, чью жизнь прожила на этот раз.

Пока он наливает воду и вытаскивает чашки, я устраиваюсь поудобнее.

— Ну, так кто это был на этот раз?

— А?.. а-а… — Я прыснула. — Не поверишь, я была тётушкой Сибиллы Трелони, помнишь такую?

— Э-э!

— Вот тебе и "э-э"!

— Ну?

— Что — ну?

— Рассказывай.

— Да нечего рассказывать. Вполне добропорядочной тёткой оказалась эта Аманда Сорортис. Оказывается, Сибилла частенько писала ей, делилась своими, так сказать, достижениями, а чаще — обидами. А потом… Ну, видела я эту троицу знаменитую — ничего особенного. Кстати, на киношных совсем не похожи, только Гермиона чуть-чуть. А потом… ну, слышала про них, конечно. Можно сказать, прославились они там своими подвигами. Зато сама… ничего такого. То есть ни-че-го!

— Н-да-а… — Павел мешал чай, громко звякая ложкой о края чашки.

— Ну, почему нельзя усовершенствовать этот ваш библиовизор, чтобы можно было прожить жизнь главного героя?

Павел пожал плечами, отхлебнул и — чуть не поперхнулся: поторопился, ещё не остыло. Широко раскрыл рот, с шумом задышал, ещё ладошкой помахал перед лицом — проветривая.

— Ну ладно, пусть не главного, но хотя бы такого, чтоб он делал что-нибудь! Хоть что-нибудь!

— Хаофый вопхоф, — проплямкал он и поморщился.

— Чего-чего? — я тоже поморщилась, за компанию: обожжённый рот — это неприятно, сама знаю.

— Хороший вопрос, говорю, — повторил Павел. — Давай дождёмся Олега. Как у него дела, интересно.

— А мне не интересно. Наверняка всё то же самое! — я оглянулась на приятеля.

Долговязое тело расслаблено, руки смирно уложены на коленях, рыжие вихры топорщатся из-под шлема. Книжки в держателе не было — Олег, как продвинутый "юзер", использовал только электронные носители. Я попробовала как-то — не понравилось. По мне, так с книжкой интересней, а то — заранее всё кажется каким-то ненастоящим, как компьютерная игра или даже мультик. Олег же — нет, ему подавай всё только самое современное! Разве что новинки, которые ещё не перенесли на карту памяти библиовизора — их приходилось проживать по книжке.

На этот раз Олег перечитывал, то есть переживал книгу, выдержавшую уже не одно издание. Я присмотрелась: на экране было видно, что осталось совсем немного, страниц тридцать, не больше. Я попыталась вспомнить, чем там заканчивается "Дневной дозор". А, впрочем, какая разница? Всё одно: каждый раз проживаешь жизнь какого-то не то что второстепенного персонажа, а и вовсе "десятистепенного" — в лучшем случае какой-нибудь бабушки или тётушки героя. А то и прислуги какой-нибудь, поломойки… Как-то мне удалось прожить жизнь одного из приятелей Тома Сойера… Вначале было забавно — побыть мальчиком. Но это так, поначалу. А потом стало скучно до безобразия.

Я специально интересовалась у своих знакомых — и у них та же история: интереснейшая книжка, бестселлер какой-нибудь, но тусклый, неинтересный персонаж со своими мелкими скучными заботами, а жизнь проходит мимо. Как и в реальности.

— О-хо-хо… — к нам подковылял Олег.

— Ну, как? — это Павел спросил. Мне-то не нужно даже в лицо Олегу заглядывать. И так ясно — всё как всегда. Скучно. Да ещё, наверняка, ногу отсидел!

— Слушай, — оживился вдруг Олег. — А у тебя-то самого как? Только не говори, что сам никогда не пробовал — не поверю!

— Пробовал, конечно.

— Ну и как? — мне стало смешно.

Павел махнул рукой.

— У всех так. Кто бы ни пришёл, какую бы книжку не взял — всегда то же самое. Не знаю, почему. Вернее…

— У всех?

— Всегда?

— За два года одно-единственное исключение.

— А! Всё ж таки было?! — Олег воодушевился.

— Ну… Как бы сказать. Знаете такого — Артёма Бердина?

— Тёмку-то? Из десятого "Г"? Кто ж его не знает! Гений. Вундеркинд.

— Это, которого уже на физмат приняли? — вспомнила и я.

— Ну да. А вы знаете, каким он был лоботрясом до восьмого класса? Учителя просто рыдали.

— И что дальше? — Олег развалился в кресле, лениво комкая в руке пакетик из-под чая.

— Дальше… дотянул до девятого кое-как, завалил экзамены… А тут как раз у нас установили библиовизор.

— Ну?

Павел не выдержал и засмеялся.

— И в его дурную башку пришла идея: он прожил учебник геометрии!

Олег заржал:

— И за кого прожил? За косинус?

Я тоже хихикнула. Но почему-то мне было не очень смешно.

— Ты что, забыл — в библиовизоре ты живёшь за неназванного персонажа.

— А-а… за дедушку косинуса? — дурашливо догадался Олег.