— Этого я и не понимаю. Как можно заблокировать мембрану? Все равно что пытаться преградить путь лучу света прозрачной пластинкой. Но очень жаль! Встреча с потомками многое бы объяснила. Что ж, спасибо за помощь, дружище. Организуй нам «зеленую улицу» к тем, кого удалось найти. Иван, буди свою подругу, пора выступать в поход.
Они вышли из пещеры, и та закрылась. Громада комбайна контроля потеряла былую форму, съежилась, перетекла каплей смолы по полу к соседней, влилась в нее. Костров оторопело посмотрел на то место, где она только что стояла, тронул Павла за локоть.
— Э-э… м-м… А как мы теперь с ним будем держать связь?
— Со Стасом? — Жданов, все еще раздумывая о чем-то, показал за ухом дужку с усиками, плотно прижатую к коже под волосами. — Через эмкан… сетку мыслесвязи.
— Понятно. Хорошо, что есть такой уголок, где всегда можно отдохнуть и никого не бояться.
— Мы сюда не вернемся.
— Почему?!
— Во-первых, потому, что у нас не будет времени на возвращение, а во-вторых, Стас этот горизонт после нашего ухода спустит в хронопровал.
— Зачем?
Павел очнулся от дум, глянул в глаза Ивана.
— Чтобы больше никто не смог выйти на прямую связь с инком Ствола и на его память. Если бы «санитары» узнали о существовании резервного кодированного контура управления хроноускорителем, они бы…
— Уничтожили Ствол?!
— Перекрыли бы все входы-выходы в узлах «вытаивания» Ствола в разные времена. И мы ничего не смогли бы сделать.
Иван разбудил Таю, все трое позавтракали и проверили амуницию. Иван только сейчас обратил внимание, что инспектор, кроме «универсала», вооружен еще одним пистолетом — уж и вовсе устрашающего вида. Кивнул на него со знанием дела:
— Такими комплексами вооружены «санитары»?
— Вряд ли, — качнул головой Павел. — Это «глюк», так называемый «раздиратель кварков».
Тае сказанное ни о чем не говорило, да и Костров не очень представлял себе, как действует «глюк» и как вообще можно разодрать кварки, эти самые загадочные кирпичики материи, из которых состоят элементарные частицы: протоны, нейтроны, электроны и так далее. Но Иван инстинктивно почувствовал, что мощь этого оружия велика. У него, правда, вертелся на языке другой вопрос: неужели строители Ствола рассчитывали на ведение войны, раз напичкали тело хроноускорителя всякими складами, оружием и кодированными бункерами? Но потом пришла мысль, что конструкторы
Они приблизились к гудящей махине одного из комбайнов контроля, и Стас открыл им пещеру выхода.
Лучи фонарей выхватили из тьмы развороченные взрывами стены, разрезанные балки, обломки, воронки в полу, искромсанные, разорванные трупы животных, обломки каких-то ферм, механизмов и аппаратов, рассыпанные ярко-оранжевые баллоны и черные диски. И тянулось это поле боя, насколько хватало световых лучей.
— Мам-ма миа! — прошептал Гаспарян.
— Судя по запаху, битва произошла дня два назад, — сказал Рузаев. — Но кто с кем сражался и за что?
— Может быть, наши друзья — «санитары» — просто устроили здесь охоту на зверей?
Одинцов покачал головой.
— На охоту это побоище мало похоже. Разрушена целая анфилада помещений, коридоры, кольцевой зал с лифтом… Нет, здесь действительно произошла разборка… кого-то с кем-то, кого не заботили масштабы разрушений.
— По-моему, здесь воевали автоматы. А вот и один из участников. — Ивашура направил луч фонаря в одну из воронок, на дне которой все увидели смятую в лепешку черепаху с безжизненно повисшим хлыстом.
Что-то заскреблось метрах в тридцати от замерших людей. Лучи света метнулись в ту сторону, выхватили из темноты знакомый силуэт паука. Вернее, часть паука, ровно треть — с двумя ногами. Эта треть тщетно пыталась вытащить остатки тела из-под обломка стены.
— Вот вам и второй участник битвы, — прокомментировал Рузаев.
— Что-то я сомневаюсь, — проворчал Одинцов. — Тут гремела артиллерия помощней, чем гранатометы или бластеры.
Некоторое время люди и искалеченный паук смотрели друг на друга, потом паук поднял лапы и проскрипел на почти чистом русском языке:
— Ищите хрономембрану семь. Уходите. Опасность. — Силы механического насекомого иссякли, и оно замолчало, упали безвольно лапы.
— Черт меня побери! Я сплю или он в самом деле что-то сказал по-русски? — оглянулся Гаспарян на Ивашуру.
— Не можем же мы спать все сразу.
— Давайте-ка последуем совету кибера, — предложил Одинцов. — Очень уж здесь неуютно. Однако надо определиться сначала, где искать мембрану семь.
— Придется обшаривать все уцелевшие помещения. — Ивашура покачал головой. — Всего можно было ожидать, но чтобы паук заговорил на русском языке!.. Не мог же он ждать нас специально. Миша, что говорит тебе твоя интуиция?
— Она говорит, что пора домой.
